RSS

Архив за день: Июнь 6, 2011

КГБ Белоруссии уполномочен заявить. Белорусские «трианоны» работали по заданию и на деньги западных спецслужб


Почти два месяца минуло с того чёрного понедельника, когда был совершён теракт в минском метро. Похоронены погибшие, но десятки раненых и покалеченных ещё не выписали из больниц — врачи борются за их жизнь и здоровье. Чудовищное злодеяние, болью отозвавшееся в людских сердцах, высветило истинное лицо западной демократии.

Цена «правдободобного» сигнала

В день, когда Белоруссия объявила траур, из-за океана пришло известие, которому не хотелось верить. Совет Безопасности ООН… не признал факт терроризма. В заявлении Совбеза была применена невообразимая в таких случаях формулировка: «предполагаемый террористический акт». Будто 13 погибших и более двухсот пострадавших совсем не причина для того, чтобы считать взрыв актом террора.

Формулировку, уводящую от сути происшедшего, как выяснили журналисты агентств «Франс Пресс» и «Рейтер», внёс в текст заявления представитель Соединённых Штатов Америки, исходя из позиции своего руководства. Накануне госдепартамент назвал преступление, совершённое в Минске, взрывом. Такой же термин, умышленно обойдя слово «терроризм», употребили МИД Франции и внешнеполитические ведомства других западных стран. И хотя в Совбезе вспыхнули споры, Соединённым Штатам при поддержке союзников удалось «протолкнуть» свою формулировку. Главным козырем американцев стала ссылка на «правдоподобные сигналы из Белоруссии» о том, что «за происшедшим стояла власть», а посему это не теракт, а взрыв.

От кого поступили сигналы, догадаться нетрудно. Их послала белорусская «демократическая» оппозиция, вскормленная Западом. В середине 90-х годов прошлого века, когда её функционеры, находившиеся у власти, опустили республику в либерально-рыночную разруху и потерпели на выборах сокрушительное поражение, из-за кордона потекли неиссякаемые потоки «зелёных» на их поддержку.

Уже в 1998 году только три организации — фонд имени Сапеги с его региональными филиалами, так называемые общественные союзы «Правовая помощь населению» и «Объединённый путь» выделили «демократическим» оппозиционерам, потерявшим доверие народа, более полумиллиона долларов. Жирный куш достался здешней «независимой» прессе. Одна «демократическая» ассоциация журнали-стов с 1996 по 2000 год лишь по линии фонда «Евразия» получила около двух миллионов долларов. Крупные суммы перепали таким прозападным, проамериканским газетам, как «Народная воля», «Белорусская молодёжная», «Свободные новости». В придачу к «зелёной подкормке» пошли массовые партии современной техники: телеаппаратура, компьютеры, оборудование для офисов. И — методические пособия по борьбе с «режимом».

Отрабатывая щедрую поддержку, оппозиция не только устраивала митинги протеста, шумные и беспомощные из-за их постоянной малочисленности, но и выполняла главный заказ хозяев — посылала сигналы о «нарушении демократии» и «преступлениях Лукашенко».

Дело было поставлено на широкую ногу.

Белоруссия добилась самых высоких темпов развития — до 15 процентов прироста в промышленном производстве за год, — на Запад летел сигнал: экономика из-за отказа от либеральных реформ угроблена. В республике сохранили право на труд, на бесплатное обучение и медицинское обслуживание, а многим и на бесплатное жильё — оппозиция сообщала своим кормильцам: нарушаются права человека. Какие? Государство, видишь ли, не помогает снова войти во власть её функционерам, уже пытавшимся всё разрушить. В городах и сёлах спокойствие и порядок, людям обеспечена безопасность, а значит, главное право, право на жизнь, — оппозиционные «источники» бьются в лихорадке: «Беларусь — точка воспламенения в мире номер один!», «Беларусь — это Чечня в центре Европы!», «Тоталитарный белорусский режим угрожает миру!» Это лишь несколько выдержек, взятых из здешней «демократической» прессы в дни, когда США и НАТО закончили «миротворческую операцию» на Балканах. Функционеры от оппозиции открыто призывали американцев и их союзников переключить внимание с растерзанной Югославии на Белоруссию, спокойная обстановка в которой для них, как и для их хозяев, была хуже, чем кость в горле.

«Правдоподобные» сигналы шли косяком — в посольства, аккредитованные в Минске, в столицы западных стран, в международные организации. Проворовался кто-то из «демократических» оппозиционеров, присудили ему положенный по статье срок — «режим развязывает политические репрессии». Наказали за мошенничество и хищения ушлого бизнесмена — «власть душит свободную экономику».

Приступы сигнальной лихорадки обострялись обычно во время выборов. Особенно — президентских. Оппозиция потерпела очередное сокрушительное поражение — «проиграл Лукашенко». Право-охранительные органы пресекли попытку взять штурмом Дом правительства и совершить «цветной переворот» — «диктатор расправился с мирным митингом».

Такой же «правдоподобный» сигнал был отправлен западным спонсорам и после теракта в минском метро. «Взрыв выгоден только Лукашенко… Виновата действующая власть», — убеждали здешние «демократические» политики, обслуживающие их газеты «Народная воля» и «Наша нива», сайты «Хартия 97» и «Белорусский партизан».

Но этим оппозиция не ограничилась. В день траура, когда ещё не все погибшие при теракте были похоронены, один из её лидеров, господин Беляцкий, потребовал от Европы удушить Белоруссию и «тоталитарный режим». Методом, который Запад уже не раз применял против непокорных стран. «Ситуацию в Беларуси, — заявил он на заседании комиссии ПАСЕ, — могут изменить только экономические санкции, которые были бы полезны белорусскому обществу».

Призывать чужеземцев, чтобы они покарали его народ, по всем человеческим меркам — предательство. Политические банкроты делали это открыто и даже старались выставить свой грех Иуды напоказ. Как Станислав Шушкевич, которому любезно предоставили слово на телеканале «Россия». Отвечая на вопрос одного из участников передачи: «Не кажется ли вам кощунственным, что именно в день памяти, в день скорби ваши оппозиционеры потребовали ввести санкции против своего народа?» — он с апломбом сказал: «Я являюсь сторонником этих санкций со стороны Запада».

Сброд по определению

В том, что главные белорусские оппозиционеры предали собственный народ, нет ничего удивительного. Достаточно вспомнить, что они собой представляют.

Тот же Шушкевич. «Я повторяю, я коммунист по убеждениям, нахожусь в Коммунистической партии и всеми доступными мне средствами борюсь за те идеалы, которые являются коммунистическими», — клялся он перед народом с трибуны Верховного Совета. А через несколько месяцев, выбросив партбилет, примкнул к самым оголтелым антикоммунистам. «Я считаю, что суверенитет нашей республики должен быть обеспечен только в рамках Союза Советских Социалистических Республик… Если же возникнет серьёзный вопрос о самостоятельности, я считаю, что он может решиться только на основе референдума и на конституционной основе СССР», — также с трибуны парламента убеждал он народ. А через несколько месяцев в Беловежье растоптал и «рамки», и «основы», за которые ратовал.

О каких моральных, нравственных устоях этого перевёртыша можно говорить? Начав с предательства идеологии, партии, державы, которым присягал, он закончил предательством Белоруссии.

А какие моральные, нравственные устои могут быть у других поводырей «тутэйшай», здешней, значит, оппозиции? У сопредседателя политсовета объединённых демократических сил Анатолия Лебедько, к примеру, которого Запад, прежде всего — США, взял на прокорм за услуги в борьбе с «лукашенковским режимом»? Нигде не работая, этот «борец» умудрялся жить припеваючи. Бывало, в начале года отдыхал на горнолыжном курорте в Чехии, а летом чадо его набиралось силёнок во Франции. Отстёгивали хозяева для него суммы кругленькие, позволявшие, ко всему прочему, совершать в среднем по тридцать закордонных вояжей в год. И за океан, в США, и в европейские страны. Проезд, звёздные отели, питьё-закуски, «культурный отдых» — всё оплачивалось по высшему разряду.

Однажды белорусское телевидение показало, откуда текут безработному Лебедько у.е. Один за другим на экране высвечивались любопытные документы. Вот благодарственное письмо пана Лебедько исполнительному директору Международной лиги по правам человека Катисис Патрик: «Дорогая Кетти! Огромное спасибо за организацию нашей столь успешной поездки в Вашингтон». И тут же — ещё один типичный абзац из документа: «Мы без Вас, как Форд без газа. Я и мой заместитель Ярослав Романчук приглашены принять участие в конференции правых партий. Но Вам придётся взять на себя ответственность за расходы по проезду, размещению и столованию. В связи с этим можете ли Вы оказать содействие финансированию нашей поездки?»

Следующее письмо — одному из тех, кто обеспечивает «демократических» оппозиционеров деньгами, — некоему Полу Лешингу. Лебедько просит дать 260 долларов, чтобы вылететь из Будапешта в Минск: «Дорогой Пол! Необходимость этого объясняется тем, что Парламентская ассамблея НАТО может оплатить проезд только поездом, а это значит, что дорога займёт 1,5 суток, что крайне неэффективно для меня».

К внушительным суммам, которыми оплачивал Запад услуги «видного борца за белорусскую демократию», посольство США в Минске, привечавшее его с подчёркнутой доброжелательностью, ежемесячно подбрасывало до полутора тысяч долларов — на личные нужды. И при всём при этом Лебедько не побрезговал протянуть своим хозяевам капелюш, то бишь шляпу, даже за 260-долларовой подачкой.

А чему, собственно, удивляться? В официальных документах и речах белорусские оппозиционеры постоянно обосновывали потребность получения сребреников от Запада. «Иностранная помощь демократическим силам является немаловажным фактором успеха «цветных революций», — выдавая истинную цель откровенной политической продажности, внушала «Народная воля». А один из оппозиционных столпов, профессор, в статье «Заглянет ли солнце в наше оконце?» (солнцем он величал готовившийся «цветной переворот» в Минске. — О.С.), оправдывая «существенную закордонную помощь», на страницах той же газеты писал: «Вряд ли были бы крещены славянские народы без значительных капиталовложений со стороны Византии — христианской империи». Под политику продажности учёными-«демократами» была подведена идейная основа.

Воспользовались ею «борцы» на всю катушку. «Как правило, эти деньги шли на содержание определённого круга людей», — рассказывает видный деятель оппозиции, хорошо знающий её изнутри, Владимир Нистюк. Члены «круга» — руководители оппозиционных структур, в основном нигде не работающие, — отдыхали на престижных курортах, покупали всё, что угодно душе и телу, — движимое и недвижимое. В 2001 году американская газета «Крисчен сайенс монитор», проведя аналитическое исследование, сделала вывод: «Начиная с 1994 года белорусская оппозиция присвоила или растратила не по назначению 24 миллиона долларов западной помощи». Чтобы не засветиться, «борцы» оформляли квартиры и престижные авто чаще всего на родичей и друзей.

Вот лишь один из фактов, приведенный в документах, рассекреченных после провалившейся 19 декабря прошлого года попытки «демократической» оппозиции совершить «цветной переворот» в Минске:

«Лидеру «Молодого фронта» Д. Дашкевичу было выделено 70 тыс. долларов США на организацию «боевых групп» для участия в акции «Площадь», которые он получил от Н. Статкевича (кандидат в президенты. — О.С.). Совместно с А. Палаженко (Анастасия Палаженко — его сообщница. — О.С.) Д. Дашкевич присвоил себе часть указанных средств, а также средства, полученные ранее от одной из иностранных некоммерческих организаций. Присвоенные деньги потрачены ими на приобретение автомобиля «Крайслер», который в целях недопущения «дискредитации» Д. Дашкевича зарегистрирован на А. Палаженко».

О том, что «борцы против лукашенковского режима» превратили свою деятельность в политический бизнес, за счёт которого жируют, известно не только в Белоруссии. «Минские оппозиционеры, в силу определения, — сброд, не имеющий шансов», — писала германская «Франкфуртер рундшау».

Но на чём вырос «сброд».

Отравленное русло

Вырос он, этот «сброд», на дрожжах западной демократии, главный принцип которой — «всё покупается и всё продаётся» — полностью впитала белорусская оппозиция. С помощью своих учителей, подававших ей личный пример и преподносивших незабываемые житейские уроки.

На «демократизацию» Белоруссии работали десятки организаций по ту и эту сторону океана, в числе которых такие одиозные, как Совет по международным исследованиям и обменам (IREX), Национальный фонд в поддержку демократии, Международный региональный институт, Восточно-Европейский демократический центр, фонд Стефана Батория, Институт демократии в Восточной Европе, фонд Людвига Эрхарда. К огромным суммам, которые они выделяли «борцам против лукашенковского режима», добавлялись средства из федерального бюджета США — только по «Акту о демократии в Белоруссии», принятому американским конгрессом, ежегодный объём их доходил до 40—50 миллионов долларов. Всего за пятнадцать лет, по самым скромным подсчётам, Запад выделил белорусской оппозиции почти полмиллиарда долларов. Но часть жирного пирога оказалась в карманах её закордонных учителей. Причём — немалая.

В октябре 2006 года на семинаре для оппозиционных журналистов в Чернигове, организованном МИД Польши, западные инструкторы откровенно признали, что до Белоруссии не доходит и трети средств, выделяемых США и Евросоюзом на нужды «демократизации». Остальное «оседает» у спонсоров и посредников, заметно пополняя семейные бюджеты всех, кто занят «продвижением демократии». А вскоре разразился скандал в литовском сейме: пропало 20 миллионов долларов, предназначенных для белорусской оппозиции. По рекомендации (читай: приказу) американского посла следствие было прекращено. Затем были вскрыты факты усердного взимания мзды сотрудниками посреднических фондов в Литве и Польше, передачи средств не по адресу.

«Полное воровство денег идет… 10 процентов всех денег МИДа (Польши. — О.С.) на иностранную помощь получило одно агропредприятие из северной Польши! Коррупция полная!» — не сдержался в электронной переписке по системе «Скайп» с упоминавшимся уже господином Беляцким координатор от варшавского фонда «Свобода и демократия» Марек Бутько.

Особо впечатляющими были уроки, преподанные самыми рьяными защитниками белорусской оппозиции. Как прославился, помнится, своими бескомпромиссными выступлениями против «безнравственности лукашенковского режима» Адриан Северин, одно время возглавлявший Парламентскую ассамблею ОБСЕ. Доклады этого неподкупного борца за демократию о нарушении прав и свобод в Белоруссии, основанные на «сигналах» здешних оппозиционеров, производили в ПАСЕ эффект разорвавшейся бомбы, а его выводы помогали руководителям США и Евросоюза вводить жёсткие санкции против «авторитарной республики».

Но вот однажды в офис Северина, оставшегося депутатом Европарламента, пришли посетители. Представились бизнесменами, лоббистами финансовой корпорации и попросили внести в законодательство изменения, которые помогут в её работе. «Сколько?» — деловито осведомился он. «Сто тысяч евро», — ответили лоббисты и попросили у него реквизиты для перевода денег. Северин дал свои реквизиты. «Бизнесменами» оказались репортёры лондонской «Санди таймс». При помощи спецтехники они зафиксировали ход переговоров, и уже на следующий день в газете вышла статья, в которой рассказывалось, как «неподкупный защитник демократии» согласился работать за взятку.

И опять-таки, чему удивляться? Северин поступил в полном согласии с главным принципом буржуазного общества, в котором, как писал Карл Маркс, предметом купли-продажи в конце концов становятся и честь, и совесть. На этих человеческих ценностях белорусская оппозиция, по примеру своих западных учителей, поставила жирный крест. «Какие моральные аргументы способны победить «зелёный» соблазн в глазах людей, многие из которых давно трудятся как политические гастарбайтеры и с этого отлично живут сами и их семьи?!» — спрашивает долгие годы хо-дивший в главных идеологах «демократической» оппозиции профессор Вячеслав Оргиш. И сам же отвечает: «Можно сколько угодно заниматься идейными и моральными увещеваниями оппозиционных деятелей, разоблачать их корыстолюбие. Однако сюжет знаменитой басенки Крылова от этого не изменится. Кот Васька будет невозмутимо слушать, как хозяин поругивает его за украденную сметану, и столь же невозмутимо будет её пожирать».

Увы! Для оппозиционных васек служба Западу, позволяющая кататься в сметане, стала бизнесом. «Если земли речного русла отравлены, вода будет ядовитой», — заметил древний мудрец Плиний Старший. Отравленное русло западной демократии, в которое «вписалась» белорусская оппозиция, захлестнуло её ядовитой водой. «Сигналы», доносы на «режим», оформленные под видом научных исследований, политический туризм, организация протестных акций и участие в них превратились для неё в надёжный и, главное, немыслимо щедрый источник доходов: тем, кто активнее сотрудничал с хозяевами, выполняя их заказы на заранее продиктованный результат, перепадали сотни тысяч долларов. «Мелюзге», агитировавшей и собиравшей подписи за «демократиче-ских» кандидатов, платили по нескольку десятков или сотен у.е. А тем, кто учинял во время митингов и шествий погром либо, ещё лучше, — бросался на милицию, попадал в каталажку, Запад увеличивал поощрение. Появилась особая категория — бизнес-сидельцев, устраивавших провокации, чтобы угодить за решётку.

В систему разложения, разработанную спонсорами, втянули даже детей. Их участие в «протестных акциях» тоже сделали доходным бизнесом. В рассекреченных материалах есть чудовищный документ: за хулиганство во время шабаша «демократов», совершённое несовершеннолетним, зарубежный фонд перевёл на имя его матери сумму, равную почти миллиону белорусских рублей.

Но особенно щедро оплачивались политические провокации, способные привести к «цветному перевороту». Весной 2006 года, перед выборами президента Белоруссии, правоохранительные органы задержали в Минске лидеров незарегистрированной неправительственной организации «Партнерство». Финансировалась она через киевское отделение Национального демократического института под руководством гражданина США Дэвида Гамильтона и должна была осуществлять «параллельное наблюдение за выборами». На это США выделили 12 миллионов долларов. У задержанных были изъяты заранее заготовленные протоколы экзитполов, согласно которым победу одерживал лидер оппозиции. Оглашение их должно было послужить сигналом к началу беспорядков по «цветному» сценарию.

Вторую попытку такой провокации «демократические» оппозиционеры предприняли во время прошлогодних выборов президента. И, конечно же, символично, что во главе её стоял Санников, дольше других лидеров оппозиции проживший на Западе и полностью впитавший его мораль. Не случайно в основу своего предвыборного плана он заложил «маркетинговые подходы». И подробно описал, как будет осуществляться «личная продажа» (самого Санникова. — О.С.) и его движения «Европейская Беларусь», установив при этом цену за «конечный продукт» — победу на выборах — 19,22 миллиона долларов, которые должны были поступить ему предоплатой.

Под покровом циничной вакханалии

Продажный план Санникова ещё раз, по-житейски доходчиво, показал, что здешняя «демократическая» оппозиция — ядовитый плод Запада, его детище. И поэтому с такой же, как и духовные родители, ненавистью она относится к укладу жизни, который отстаивают белорусы. И срам своих лакейских услуг прикрывает тем же, что и её хозяева, фиговым листком защиты общечеловеческих ценностей. Каких? Тех, которые западная демократия швырнула под рыночного Молоха, не пощадив даже главную из них — любовь? Священное таинство, на котором держится жизнь, она превратила в занятие — не с Запада ли пришло выражение «заниматься любовью»? И не оттуда ли «подарили» нам культ массовой проституции, которую пытаются узаконить либеральные «реформаторы»? А в довесок — движение геев, лесбиянок и массовое педофильство, которым там занимается даже священный клир. И кучу других «благ», разлагающих душу и тело.

За «фиговым листком» из западных кущ скрывается, увы, отнюдь не благостное желание защитить общечеловеческие ценности, права человека и демократию. «Борьба за свободу Белоруссии — это больше, чем сама Белоруссия. Это дело предотвращения восстановления Советской империи», — выступая в конгрессе, сформулировал суть политики США один из разработчиков американской стратегии по России и Евразии профессор Ариель Коэн. Страх перед прецедентом, который мог бы привести к возрождению великой державы и помешать геополитическим планам, в том числе и попыткам добраться до нефтегазовых российских богатств, и толкнул США и их союзников в атаку на Белоруссию. Правда, после того, как «кремлёвские мудрецы» подорвали экономическую основу Союзного государства и заморозили его строительство, страх этот уменьшился. Зато увеличилось беспокойство оттого, что Белоруссию, несмотря на старания российских «реформаторов», душивших её ценовыми удавками и торговыми войнами, не удавалось уложить под Запад.

Но была причина и поважнее. О ней, выразив мысли большинства своих соотечественников, лучше всего, думается, сказал профессор Белорусского технического университета Михаил Ермолицкий: «Сегодня самый большой дефицит — не газа, нефти или денег, сегодня самый большой в мире дефицит социальной справедливости. А Белоруссия как раз и являет пример борьбы за неё на государственном уровне, за что и подвергается прессингу». В этих словах — ключ к разгадке главной причины атак на «лукашенковскую» республику.

Западная демократия, основанная на разделении людей, всевластии денег и подчинении большинства меньшинству, су-тью своей, нутром враждебна социальной справедливости. Разве может быть справедливым общество, где подавляющее меньшинство владеет основной частью собственности, а 358 семей — кланов миллиардеров имеют годовой доход, превышающий в долларовом исчислении совокупные доходы 45 процентов населения Земли? И разве можно назвать демократическим строй, при котором даже в самой жизненно важной экономической сфере нарушен основной принцип демократии: «один человек — один голос» и любой толстосум, владеющий крупным пакетом акций, имеет голосов в сотни, а то и тысячи раз больше, чем рядовой акционер-труженик?

Потому и развязан против Белоруссии, не допустившей распродажи государственной собственности и непомерного обогащения одних за счёт других, духовный террор, потому и ведётся против неё беспощадная информационная война. В самой циничной форме. Комиссар Совета Европы по правам человека Томас Хаммарберг обвинил белорусскую власть в том, что она расправились с «мирными» демонстрантами. Мол, было только «битьё окон в Доме правительства», и «на самом деле этим занималась небольшая группа хулиганов, действовавшая в отдалении от основной демонстрации, которая проходила при соблюдении порядка».

Неужто запамятовал господин комиссар, что всё точно так же, один к одному, происходило во время «цветной революции» в Киргизии? Что там оппозиция так же призвала людей на площадь и так же вперёд, на штурм правительственного здания, выдвинулась небольшая группа боевиков, а «основная демонстрация» выжидала в отдалении, чтобы броситься за теми, кто расчищал ей путь. Там удалось — и тех, кто бил окна и ломал двери, назвали революционерами. Здесь — сорвалось, и сам еврокомиссар по правам человека вслед за потерпевшими фиаско организаторами минской «цветной революции» называет боевиков, ломавших двери и бивших окна, обычными хулиганами. Хотя не хуже других знает, что оппозиционная верхушка, призвавшая людей занять правительственное здание, заранее заготовила и огласила список своего незаконного правительства и объявила о том, что «площадь должна обеспечить победу».

Всё это знают и руководители западных стран, ведущих структур Евросоюза, в письмах которым МИД и крупнейшие общественные организации Белоруссии на неопровержимых фактах и документах показали, кто и как организовал массовые беспорядки по «цветному сценарию». Знают, но признавать не хотят. И не могут: главные-то организаторы, главные вдохновители и спонсоры — они сами. Потому и набрасываются на белорусские власти, обвиняя их в «жестокой расправе с мирными демонстрантами».

«Выходит, крушить правительственные здания в Париже, Лондоне или Берлине — преступление, а в Минске, Кишинёве или Белграде — законное право оппозиции», — не без сарказма прокомментировал откровенное двоедушие поборников западной демократии доктор философских наук Лев Криштапович.

Под покровом этой циничной вакханалии началась и набирает силы очередная атака на Белоруссию. После визовых ограничений Евросоюза и США Белый дом ввёл экономические санкции, а на днях Обама объявил о возможности их расширения против белорусских государственных предприятий, где работают сотни тысяч людей, в значительной степени формирующих бюджет республики, на котором держатся здравоохранение, социальное обеспечение, пенсии, образование. И при этом заверил, что санкции будут введены для поддержки белорусского народа. Хотя главная цель, о которой, с головой выдавая своих западных хозяев, ещё десять лет назад откровенно писали здешние «демократические» газеты, — провести полную приватизацию, чтобы «наконец-то прекратилась популистская трескотня о социальной справедливости».

Обеспечивая достижение этой цели, отменил ряд запланированных проектов в госсекторе Белоруссии Европейский банк реконструкции и развития. А Европарламент принял резолюцию, призывающую все руководящие органы и страны ЕС ввести целевые экономические санкции — опять-таки против государственных предприятий.

Питомники интервенции

Если бы Белоруссию прессовали только США и Евросоюз, понятно. Рухнули их планы-сценарии, плакали денежки, потраченные на здешнюю «демократическую» оппозицию, ставшую по сути «пятой колонной». Но на республику оказывает давление и руководство ООН. Генеральный секретарь этой организации Пан Ги Мун осудил меры, принятые белорусскими властями для защиты Дома правительства и конституционного строя. И ни словом не обмолвился о главных организаторах массовых беспорядков — западных спонсорах оппозиции, действия которых нарушают Устав ООН. Прежде всего важнейший принцип — не вмешиваться в дела, входящие во внутреннюю компетенцию любого государства. Начиная с середины 90-х годов прошлого столетия, США и Евросоюз осуществляли такое вмешательство во внутренние дела Белоруссии в политической, экономической, дипломатической формах, что квалифицируется как интервенция. Но вместо того, чтобы осудить интервентов, в ООН стараются представить нарушителем международных норм Белоруссию. И уже не раз попадали из-за этого впросак. Дошло до того, что ооновскому руководству пришлось извиняться за обвинение белорусов в поставках военной техники Кот-д’Ивуару.

Казалось бы, ситуация изменится. Но, увы! После теракта в Минске западные политики и обслуживающие их СМИ устроили сатанинский шабаш. «Такого мы не видели уже давно, — с возмущением писал известный хорватский поэт, прозаик и драматург Миленко Ергович. — То, что касается любого американца, то, как показывают боль и страдания любого европейца, то, что считается нормальным при показе кадров из Японии, на Белоруссию и белорусов, очевидно, не распространяется. Как будто их кровь не человеческая, как будто их страдания не человеческие». И под давлением делегации США, поддержанной их союзниками, Совет Безопасности ООН не признал теракт в Минске терактом.

Безнравственность заявления Совбеза поразила не только белорусов. С официальным визитом в Минск прибыл генеральный секретарь Интерпола Рональд Ноубл. В те дни на Мальте проходила 40-я Европейская региональная конференция Интерпола. На ней должны были присутствовать и представители белорусского МВД, но по надуманным причинам возможности попасть на симпозиум им не дали. Выступая перед собравшимися на Мальте коллегами, Ноубл сказал:

— Мы должны сделать всё возможное, чтобы оградить Интерпол от политики. К сожалению, это получается не всегда.

После чего прервал участие в конференции и, впервые за всю свою карьеру покинув официальное мероприятие, вылетел в Минск. То, что сказал он во время встречи с министром внутренних дел Белоруссии Анатолием Кулешовым, заслуживает особого внимания:

— Мы знаем, что изначально Совет Безопасности ООН не подтвердил, что трагические события в минском метро являются тер-актом. В Интерполе убеждены — это действительно теракт. Раскрыт он был столь быстро и эффективно благодаря профессионализму белорусских правоохранительных органов, развитым технологиям и высокому уровню сотрудничества с другими странами.

Подробную информацию о ходе расследования белорусская сторона была готова предоставить мировому полицейскому сообществу, но, к сожалению, такой возможности Белоруссии не дали.

Вот и вся западная демократия, которая для достижения своих античеловеческих целей ничем не гнушается. Она уже использовала «правдоподобный сигнал» для того, чтобы разгромить привлекательную в нефтегазовом плане страну — Ирак. На основе таких же «правдоподобных сигналов» была растерзана Югославия и создан стратегический плацдарм НАТО на Балканах, а сейчас наносятся удары по богатой нефтью и газом Ливии.

То, что в пляски на крови, переходящие в кровавые пляски, всё больше вовлекают ООН с её Совбезом, — симптом угрожающий. Это показали события после теракта в Минске, высветившие лицо западной демократии, которая пытается окончательно подмять под себя, под свои разлагающие человечество «ценности» весь мир.

По страницам газеты «Правда». Олег Степаненко. (Соб. корр. «Правды»). г. Минск. Источник

Источник

Реклама
 

Метки: , , , ,

Ратко Младич: «Я не убивал никого в Ливии или Африке, я только защищал свой народ и свою землю»


В пятницу Младич, экстрадированный сербскими властями в Га­агу, впервые предстал перед судом. На протокольную просьбу судьи представиться и сообщить, ознакомился ли он с обвинением, он назвал себя «генералом Ратко Младичем», заявил, что не читал обвинения, которое назвал «гнусным», и отказался его заслушать. Однако судья Ори прочитал резюме по 11 пунктам, включая и два пункта по обвинениям в геноциде.
«Я не убивал никого в Ливии или Африке, я только защищал свой народ и свою землю. Меня не защищал никто, и многие предпочли бы видеть сейчас мертвым», – сказал Младич. Говорил генерал с заметным трудом.
Теперь по правилам суда ему дан месяц, чтобы ознакомиться с обвинительным заключением. На 4 июля назначено следующее заседание МТБЮ, где Ратко Младич должен будет ответить, признает ли себя виновным.

Так как сам Младич еще не принял решения, кто будет осуществлять его защиту, МТБЮ назначил его адвокатом Александра Алексича. Сейчас Алексич представляет в Гаагском трибунале интересы боснийского серба Стояна Жуплянина, бывшего в годы войны в Боснии советником по внутренним делам Радована Караджича и начальником полиции Баня-Луки. Дело Жуплянина еще не закончено. Он также защищал генерала югославской армии Небойшу Павковича, который приговорен к 22 годам тюрьмы.
Неизвестно, станет ли Алексич постоянным защитником генерала Младича. Впрочем, в МТБЮ, изначально являющимся инструментом политических манипуляций и давления на стороны конфликта в бывшей Югославии, а не органом правосудия, уровень и качество защиты не имеют особого влияния на приговоры. Куда важнее, получит ли тяжелобольной генерал Младич адекватную медицинскую помощь. Как известно, из-за отказа в такой помощи в марте 2006 года в Севенингенской тюрьме погиб Слободан Милошевич. Вызывает серьезное беспокойство состояние здоровья еще одного сербского узника Гааги – Воислава Шешеля, который 8 с лишним лет находится в заключении без приговора суда.
В процессе Ратко Младича будет принимать участие судья из Германии Кристоф Флиге, голландец Альфонс Ори (огласивший оправдательный приговор албанскому головорезу из Армии освобождения Косова Рамушу Харадинаю) и гражданин ЮАР Джастис Молото Баконе.
Власти Сербии тем временем делают все возможное, дабы представить выдачу в Гаагу Ратко Младича как огромный успех внешней и внутренней политики, который совсем скоро приведет страну к процветанию. В интервью «Франс пресс» Борис Тадич в очередной раз заявил, что уже до конца 2011 года Евросоюз начнет с Сербией переговоры о присвоении ей статуса кандидата в члены ЕС, так как «арестом Младича, реформами в области правосудия и борьбой с коррупцией страна выполнила все обязательства перед Европейским сообществом».
Но, похоже, чем больше звучит таких уверений из уст сербских руководителей, тем сильнее скепсис в оценке «радужных перспектив» у самих сербов. В состоявшемся в четверг интервью президента Республики Сербской Милорада Додика телевидению Сербии он не дал прямых оценок выдаче Ратко Младича (выразив лишь убежденность, что суд над ним не повредит государственности РС). Однако его высказывания в адрес МТБЮ как «избирательного суда», игнорирующего преступления против сербов, были недвусмысленными. Понятно, что столь усердное сотрудничество властей Сербии с Гаагским трибуналом у боснийских сербов, мягко сказать, поддержки не находит.
Глава Сербского Национального Веча Северного Космета Милан Иванович в интервью КИМ-радио (Радио Косова и Метохии) заявил, что арест Ратко Младича не ускорит евроинтеграцию Сербии. «Главное условие для Сербии при возможной европейской интеграции – это «установление добрососедских отношений» с псевдо-институтами т. н. «Республики Косово». Арест Ратко Младича, Горана Хаджича или кого-либо еще существенно не изменит положение Сербии во всех переговорах в настоящее время», полагает Иванович. По его словам, Сербия должна принять как данность кражу части ее территории только лишь за обещания вступить в ЕС, «но не следует забывать, что во многих странах этого вожделенного Евросоюза происходит как цепная реакция экономический кризис и банкротство».
Кризис, безработица, банкротство и закрытие предприятий в результате грабительской приватизации последних лет, другие острейшие социальные и экономические проблемы – это повседневная реальность нынешней Сербии. По мнению многих граждан, если бы правительство и президент действительно думали об интересах страны и ее жителей, а не о западных гарантиях сохранения собственной власти, они занимались бы не продажей национальных героев МТБЮ, а работой по преодолению экономического кризиса.
Не только захват и экстрадиция Младича демонстрируют сегодня несостоятельность проводимого правящим режимом курса. В эти дни в Сербии происходит весьма масштабная акция социального протеста. Еще 30 мая тысячи крестьян из Воеводины и Шумадии отправились в «марш на Белград». Они требуют, чтобы правительство выполнило данные в конце прошлого года гарантии по поддержке сельского хозяйства. Между тем власти сократили сумму обещанных крестьянам субвенций, а хозяйства площадью более чем в 30га их вообще не получат (ранее получали хозяйства до 100 га). В бюджете страны на это нет денег, заявил министр сельского хозяйства Душан Петрович.
До Белграда крестьянам добраться пока не позволила полиция. Тогда сотни их тракторов и машин блокировали практически все автодороги, ведущие к Воеводине и некоторым другим районам Сербии. Вот уже четыре дня в транспортной блокаде остаются Нови Сад, Сремска Митровица, Вршац, Зренянин, Панчево. Около Нови Сада крестьяне перекрыли автодорогу Суботица – Белград, ими блокирован переезд на границе с Румынией. Движению поездов они пока не препятствуют, так что железная дорога осталась чуть ли не единственным средством сообщения в регионе. В Нови Саде перед зданием правительства Воеводины все эти дни стоят полсотни тракторов.
Переговоры, которые в ночь на четверг состоялись между представителями протестующих и правительства, результатов не пренесли. Если власть не пойдет крестьянам на уступки, они намерены все же добраться до Белграда. Потому что на сельское хозяйство, отечественную промышленность, здравоохранение и образование у белградских властей денег привычно нет. А, например, на многолетнюю охоту за сербскими лидерами, политиками и военными, которых Запад объявил преступниками, миллионы находятся.
Между тем Сербская радикальная партия (СРС) намерена инициировать в скупщине отставку президента Тадича и правительства Цветковича. Однако голосов фракции СРС для того, чтобы эти вопросы были внесены в повестку дня, недостаточно. Заместитель председателя СРС вновь призвал Воислава Коштуницу и его Демократическую партию Сербии присоединиться к этой инициативе.

Екатерина ПОЛЬГУЕВА.

 

Метки: , , , , ,

6 июня – день рождения Александра Сергеевича Пушкина


Дата особая для русского человека, для каждого, кто родными считает русский язык и русскую культуру. Двенадцатью годами и пятью днями позже, 11 июня 1811-го, родился выдающийся современник Пушкина – Виссарион Григорьевич Белинский, двести лет со дня рождения которого мы отмечаем.
Пушкин научил наш народ и наш язык высокой поэзии. Белинский научил современников и потомков думать, а прозорливость и точность великого критика – по-настоящему читать, понимать и чувствовать отечественную литературу. Белинский был одним из первых, кто по-настоящему прочитал и оценил гений Пушкина в его полноте и разнообразии.
В эти дни мы решили дать слово о творчестве Пушкина самому Белинскому. Приводим некоторые из его оценок и суждений.

В.Г. Белинский
Первый поэт-художник Руси

Пушкин был призван быть первым поэтом-художником Руси, дать ей поэзию как искусство, как художество, а не только как прекрасный язык чувства. Само собою разумеется, что один он этого сделать не мог. В первых наших статьях мы изложили весь ход изящной словесности на Руси, показали начало и развитие се поэзии, участие, какое принимали в этом предшествовавшие Пушкину поэты, равно как и их заслуги. Повторим здесь уже сказанное нами сравнение, что все эти поэты относятся к Пушкину, как малые и великие реки – к морю, которое наполняется их водами. Поэзия Пушкина была этим морем. По смыслу нашего сравнения, море больше и важнее рек; но без них оно не могло бы образоваться. Такое сравнение не может быть оскорбительно для поэтов, предшествовавших Пушкину, особенно, если мы напомним при этом, что поэтическая деятельность Жуковского явилась на высшей степени своего развития и принесла самые сочные, зрелые и прекрасные плоды свои уже при Пушкине, а Батюшков погас для литературы в цвете лет и силы…
Мы не без умысла так много распространяемся о стихе: ибо под стихом разумеем первоначальную, непосредственную форму поэтической мысли – форму, которая одна, прежде и больше всего другого, свидетельствует о действительности и силе таланта поэта. Это стих, который дается талантом и вдохновением, а трудом только совершенствуется; стих, который, как тело человека, есть откровение, осуществление души – идеи; стих, которому нельзя выучиться, нельзя подражать, под который всякая подделка, как бы ни была она ловка и искусна, всегда будет мертва, относясь к нему, как искусно сделанная восковая статуя или автомат относится к живому человеку. И потому стих Пушкина, в самобытных его пьесах, вдруг как бы сделавший крутой поворот или резкий разрыв в истории русской поэзии, нарушивший предание, явивший собою что-то небывавшее, не похожее ни на что прежнее, — этот стих был представителем новой, дотоле небывалой поэзии. И что же это за стих! Античная пластика и строгая простота сочетались в нем с обаятельною игрою романтической рифмы; все акустическое богатство, вея сила русского языка явились в нем в удивительной полноте; он нежен, сладостен, мягок, как ропот волны, тягуч и густ, как смола, ярок, как молния, прозрачен и чист, как кристалл, душист и благовонен, как весна, крепок и могуч, как удар меча в руке богатыря. В нем и обольстительная, невыразимая прелесть и грация, в нем ослепительный блеск и кроткая влажность, в нем все богатство мелодии и гармонии языка и рифма, в нем вся нега; все упоение творческой мечты, поэтического выражения. Если б мы хотели охарактеризовать стих Пушкина одним словом, мы сказали бы, что это по превосходству поэтический, художественный, артистический стих, – и этим разгадали бы тайну пафоса всей поэзии Пушкина…
———————
Наша русская поэзия до Пушкина была именно позолоченною пилюлею, подслащенным лекарством. И потому в ней истинная, вдохновенная и творческая поэзия только проблескивала временами в частностях, и эти проблески тонули в массе риторической воды. Много было сделано для языка, для стиха, кое-что было сделано и для поэзии; но поэзии как поэзии, то есть такой поэзии, которая, выражая то или другое, развивая такое или иное миросозерцание, прежде всего была бы поэзией, – такой поэзии еще не было! Пушкин был призван быть живым откровением ее тайны на Руси. И так как его назначение было завоевать, усвоить навсегда русской земле поэзию как искусство, так, чтоб русская поэзия имела потом возможность быть выражением всякого направления, всякого созерцания, не боясь перестать быть поэзиею и перейти с рифмованной прозы, то естественно, что Пушкин должен был явиться исключительно художником.
Еще раз: до Пушкина были у нас поэты, но не было ни одного поэта-художника; Пушкин был первым русским поэтом-художником. Поэтому даже самые первые незрелые юношеские его произведения, каковы: «Руслан и Людмила», «Братья разбойники», «Кавказский пленник» и «Бахчисарайский фонтан», отметили своим появлением новую эпоху в истории русской поэзии. Все, не только образованные, даже многие просто грамотные люди, увидели в них не просто новые поэтические произведения, но совершенно новую поэзию, которой они не знали на русском языке не только образца, но на которую они не видали никогда даже намека. И эти поэмы читались всею грамотною Россиею; они ходили в тетрадках, переписывались девушками, охотницами до стишков, учениками на школьных скамейках, украдкой от учителя, сидельцами за прилавками магазинов и лавок. И это делалось не только в столицах, но даже и в уездных захолустьях. Тогда-то поняли, что различие стихов от прозы заключается не в рифме и размере только, но что и стихи, в свою очередь, могут быть и поэтические и прозаические. Это значило уразуметь поэзию уже не как что-то внешнее, но в ее внутренней сущности. Явись теперь на Руси поэт, который был бы неизмеримо выше Пушкина, его появление уже не могло бы наделать столько шума, возбудить такой общий, такой страстный энтузиазм, потому что после Пушкина поэзия уже не невиданная, не неслыханная вещь. И потому же самому теперь уже слишком слабый успех мог получить поэт, который, не уступая Пушкину в таланте, даже превосходя его в этом отношении, был бы, подобно ему, преимущественно художником…
При имени Пушкина тотчас осеняет мысль о русском национальном поэте. В самом деле, никто из поэтов наших не выше его и не может более назваться национальным; это право решительно принадлежит ему. В нем, как будто в лек­сиконе, заключилось все богатство, сила и гибкость нашего языка. Он более всех, он далее раздвинул ему границы и более показал все его пространство. Пушкин есть явление чрезвычайное, и, может быть, единственное явление русского духа: это русский человек в его развитии, в каком он, может быть, явится чрез двести лет. В нем русская природа, русская душа, русский язык, русский характер отразились в такой же чистоте, в такой очищенной красоте, в какой отражается ландшафт на выпуклой поверхности оптического стекла.

Источник

 

Метки: , ,

 
%d такие блоггеры, как: