RSS

Тайное и явное. Кто и зачем «зачистил» военную разведку?

25 Апр

После теракта в Домодедово, которому предшествовали взрывы в метро, на железной дороге, в воздухе, говорить о том, что Российское государство защищает своих граждан, смешно. Хотя именно это — защита от внутренних и внешних угроз — главная функция государства, то, за что мы платим налоги. Причин тому множество. Главная — коррупция, которая пронизала всю вертикаль власти снизу доверху, включая МВД и Лубянку. Взрывчатку в Домодедово привезли с Северного Кавказа на автобусе, беспрепятственно пройдя все возможные посты и проверки, — ровно так же, как 8 лет назад в театр на Дубровку привезли бомбы. Цена — сотни человеческих жизней. Вторая причина, тесно увязанная с первой, — неспособность властей сформулировать внятную, обоснованную концепцию национальных интересов, определить реальные вызовы.

Штаб-квартира ГРУ на Ходынке — комплекс зданий площадью более 70 тыс. кв. метров, строительство которого было завершено в 2006 году, обезлюдела. Гулкие пустые коридоры и полная неопределенность. Разрушению ГРУ предшествовала кампания в СМИ, которую немногие заметили. Уже после первого ареста полковника ГРУ Владимира Квачкова в 2005 году в связи с «покушением на Анатолия Чубайса» поползли слухи, что внутри службы формируются боевые террористические группы (последний арест Квачкова в декабре 2010-го превратил эти слухи в реальные обвинения). На экранах стали появляться фильмы наподобие сериала «Шпионские игры», разоблачающие предателей среди верхушки ГРУ, устраивающих бесконечные заговоры, составляющих списки на отстрел олигархов и политиков, торгующих направо и налево военными секретами Родины. Разоблачали их, естественно, «ближние соседи» (так в советские времена называли КГБ, в то время как ГРУ именовалось соседями «дальними»), то есть Федеральная служба безопасности. А как могло быть иначе, коли выходец из этой службы вот уже 10 лет правит страной? Поскольку все основные события происходили «под ковром», граждане просто не видели, что идет мощная пропагандистская кампания по подготовке ликвидации ГРУ.
Развал

Сотрудники ГРУ считают разрушение системы военной разведки свершившимся фактом. Чуть больше трех месяцев назад, 5 ноября 2010 года, отмечая в банкетном зале «Крокус-сити» свой профессиональный праздник, ветераны и действующие офицеры службы один за другим поднимали тосты за «светлую память» разведывательного органа, с которым были связаны их личные и профессиональные судьбы.

ГРУ — исторически самая секретная спецслужба разведывательного сообщества сначала СССР, а потом и России. Именно поэтому и самая уязвимая. Говорить о ее проблемах даже ветераны могут, только когда, что называется, достало, а отчаяние оказывается сильнее привычки жить под грифом «секретно». Нынешняя ситуация такова, что терять уже, кажется, нечего.

Генерал-лейтенант Дмитрий Герасимов, бывший начальник управления ГРУ, руководивший всеми бригадами специального назначения, заявил в интервью The New Times: «Глубоко убежден, что спецназ ГРУ развален абсолютно сознательно. Из 14 бригад и двух учебных полков ГРУ в лучшем случае осталось не более четырех бригад. При этом надо понимать, что это уже не спецназ ГРУ, а обычная войсковая разведка, входящая в состав Сухопутных войск. Ликвидирована одна из лучших бригад — Бердская. С огромным трудом удалось отстоять 22-ю бригаду, в мирное время получившую высокое звание «Гвардейской». Это наше самое боеспособное соединение, постоянно воевавшее на самых острых участках в Афганистане, Чечне и других «горячих точках». Могу утверждать, что также ликвидирован так называемый «осназ» — части радиоэлектронной разведки. По сути, мы строим вооруженные силы, которые ничего не видят и не слышат».

По приблизительным оценкам специалистов, из 7 тыс. офицеров, служивших в ГРУ в советское время, сейчас в структуре осталось менее 2 тыс. По мнению разведчиков, с которыми беседовал The New Times, ГРУ держалось на плаву, пока его не покинул прежний начальник — генерал армии Валентин Корабельников: после его вынужденного ухода в отставку в конце лета 2009 года и началась окончательная зачистка ГРУ.

Высокопоставленный сотрудник ГРУ, уволившийся вместе с Корабельниковым из центрального аппарата военной разведки, на условиях анонимности заявил The New Times, что считает развал службы целенаправленной акцией: «Первые попытки системного * Павел Грачев был министром обороны РФ в 1992–1996 гг. ослабления ГРУ были предприняты еще при Павле Грачеве*

На начальном этапе основной удар был нанесен по «осназу», в результате чего были ликвидированы все имевшиеся в СССР центры радиоэлектронной разведки как на территории нашей страны, за исключением Закавказского направления, так и на российских военных базах. Далее постепенному ослаблению и сокращению подверглись все основные линии работы ГРУ от стратегической и агентурной разведки до вспомогательных подразделений и Военно-дипломатической академии, готовившей разведчиков как для аппаратов военных атташе, так и для нелегальных резидентур ГРУ».

Известно, что в специализированном НИИ ГРУ прекращены все опытно-конструкторские и научно-исследовательские работы (ОКРы и НИРы). В Военно-дипломатической академии (ВДА) начались сокращения преподавательских кадров. По информации собеседника The New Times, численность «добывающих подразделений» ГРУ, ответственных за агентурную и стратегическую разведку на территории зарубежных государств, сокращена на 40%. Возможно, на то у руководства Министерства обороны и есть свои резоны, но сделано это так коряво, что сегодня огромное количество разведчиков, выполняющих служебные обязанности за пределами России, уже знают, что им фактически некуда возвращаться. Это не только лишает их какой-либо мотивации к дальнейшей работе, но и превращает в потенциальные объекты для вербовки иностранными спецслужбами.

Боевых сотрудников ГРУ сегодня можно найти как в дорогих офисах, так и на вокзалах, где они работают грузчиками

Массовые сокращения проходят среди самых опытных офицеров ГРУ, увольняемых по формальным основаниям в связи с достижением установленной по закону выслуги. В отличие от СВР, имеющей достаточное количество специализированных учебных заведений для рекрутинга и разведывательной подготовки совсем молодых людей, специфика и традиции ГРУ требуют, чтобы в военную разведку отбирались только наиболее опытные войсковые офицеры, возраст которых на момент попадания в ГРУ уже составляет не менее 30–35 лет. Увольнение подобных специалистов — очевидная растрата «золотого запаса» разведывательного сообщества России.
Чужие среди своих

Боевых сотрудников ГРУ сегодня можно найти как в дорогих офисах, так и на вокзалах, где они работают грузчиками, в магазинах, среди ремонтников или разнорабочих. О реформе своей бывшей службы они высказываются по большей части нецензурно, но иногда выдавливают из себя и корректные определения.

«Империя ГРУ умирает, — говорит «профессор» средних лет в накрахмаленной сорочке, с виду — типичный представитель творческой богемы. — У меня в глазах такой образ: профессиональный атлет, которому ампутировали ноги, руки, выбили глаз и повредили барабанную перепонку. Он еще жив, все понимает, что-то еще видит, с трудом слышит, сердце еще бьется, но возродиться уже не сможет». «Профессор» — аналитик с обширным опытом агентурной разведки. Свободно владеет несколькими европейскими языками и арабским, объездил более 50 стран мира. Уволен за ненадобностью, безработный.

«Сборщик мебели» — офицер космической разведки. Около 40 лет. Воспитан, образован, в глаза бросается военная выправка, правильная литературная речь и несвойственная для рабочего компетентность. Подрабатывает в итальянском мебельном салоне. Собирает импортную мебель, монтирует бытовую технику. «Противно смотреть, как наши жалкие потуги спасти хоть что-то из советской космонавтики выдаются за достижения последних лет, — раздраженно бросает он. — Это ж надо: Сердюков (министр обороны) рекламирует спутник «Ресурс»! Они еще советской сборки, на складах хранятся. И делали их не для военных, а для нефтяников. Разрешительная способность никакая, с трудом крейсер от авианосца отличишь, а уж в бронетехнике он совсем путается».

«Мы и войсковая разведка — две большие разницы, но спецназ ГРУ слили в Сухопутные войска, — говорит крепко сбитый мужчина, лет под пятьдесят. — А ведь именно мы были самыми результативными: и Хаттаб, и Басаев — наша работа». Старший офицер спецназа ГРУ, награжден четырьмя боевыми орденами. Обширный опыт участия в специальных мероприятиях по всему миру. Выполнял особые задания в Югославии, много лет воевал на Северном Кавказе. Больше не нужен.

Но самый сильный удар пришелся по агентуре ГРУ. На фоне публичной поддержки СВР после провала нелегальной сети внешней разведки, ассоциируемой сегодня с именем Анны Чапман, для защиты агентуры ГРУ, захваченной на территории Грузии и других закавказских государств, демонстративно ничего не делается. Все последние провалы военной разведки используются разве только для обоснования неэффективности ГРУ. По словам собеседников The New Times, в результате такого подхода ряд агентов, завербованных на территории государств Юго-Западной Азии, уже казнены.

Схема по материалам книги А. И. Колпакиди «Энциклопедия ГРУ»

Формальным поводом для системной атаки на ГРУ стала неготовность армии к вооруженному конфликту с Грузией. Так, по словам замначальника Генштаба генерал-полковника Анатолия Ноговицына, командовавшего группировкой российских войск во время российско-грузинского вооруженного конфликта в августе 2008 года, неожиданностью для Генштаба стало наличие у грузинской стороны советских систем противовоздушной обороны типа ЗРК «Бук» и современных западных систем по контролю за воздушным пространством, позволивших нанести серьезный урон ВВС РФ. По словам действующих офицеров центрального аппарата ГРУ, на совещании руководящего состава по итогам войны, не стесняясь в выражениях, министр обороны обвинил военную разведку в том, что она не владела необходимыми разведсведениями. Между тем сами разведчики утверждают, что их информация просто не рассматривалась при оценке оперативной обстановки и принятии решений высшим руководством страны. По их словам, военная разведка направляла все необходимые сведения, включая сведения о поставке Украиной модернизированных систем «Бук». Так что и Минобороны, и высшее государственное руководство страны как минимум было осведомлено о ситуации. Или могло быть осведомлено, если бы со вниманием отнеслось к информации ГРУ. Но: начальник военной разведки потерял право прямого личного доклада президенту, и направляемая им информация проходит как минимум через два фильтра — через начальника Генштаба и министра обороны. В условиях военной реформы, когда идет перераспределение ресурсов и денег, когда генералы разных родов войск бьются за сохранение своих постов и кормушек, выигрывает тот, кто имеет прямой доступ к «уху». ГРУ, всегдашний и давний конкурент КГБ и тех, кто комитету наследовал, этого доступа оказалось лишено.
Не спрашивай — зачем

По словам бывшего высокопоставленного офицера центрального аппарата ГРУ, «даже очень большие люди», пытающиеся ответить на вопрос, какой смысл в разрушении института военной разведки, в лучшем случае оказываются на пенсии, в худшем — гибнут при невыясненных обстоятельствах, как это произошло с генерал-майором ГРУ Юрием Ивановым, отвечавшим за организацию военной разведки во всем Кавказском регионе. Труп 53-летнего генерала Иванова, важнейшего секретоносителя страны, находившегося, по официальной версии, на отдыхе в Сирии, был странным образом обнаружен в прибрежных водах Турции в августе 2010 года.

Как рассказал собеседник The New Times, ветераны службы называют три причины, объясняющие не только гибель генерала, но и вообще всю сумму мероприятий по ликвидации военной разведки.

Первая: основной бизнес заказчиков так называемой реформы ГРУ связан с отмывкой денег и офшорами. И только стратегическая разведка ГРУ могла представлять угрозу для этого бизнеса, поскольку обладала возможностями контроля и слежения за подобными акциями. И при этом не принадлежала к корпорации КГБ–ФСБ–СВР.

Вторая: в России уже сформирована некая неформальная «спецслужба», обслуживающая интересы узкой группы лиц, реально управляющих страной. Работающие на эту структуру люди не собраны вместе, а служат в самых разных подразделениях различных спецслужб РФ. Для успешного функционирования подобной «сетевой системы избранных» важно решить одну непростую задачу: уничтожить все альтернативные источники разведывательной информации, способные на независимый сравнительный анализ.

Третье: конкуренция. Позиции ФСБ и СВР может защитить высшее руководство страны, близкое к этим спецслужбам. Интересы ГРУ этим людям чужды. Пример США, где существует более полутора десятков различных независимых разведок, не принимается в качестве аргумента. Возможность предоставить конкурентное преимущество «своим» важнее, чем решение реальных разведывательных задач.

Собеседники The New Times видят еще одну задачу, решаемую с помощью уничтожения ГРУ. Она тесно связана с интересами влиятельных невоенных групп, имеющих отношение к незаживающим очагам напряженности, например, на Кавказе. Дело в том, что существует определенная специфика действий групп специального назначения и их принципиальное отличие от тактики войсковых разведчиков. Главное преимущество спецназа ГРУ заключается в сочетании навыков оперативной работы по добыванию информации c боевыми действиями, включая использование специальных средств. Разведчики спецназа в отличие от войсковых разведчиков способны действовать и в городе — как нелегальное подполье, и в лесу — как классическое диверсионное подразделение. Сотрудники такого подразделения в качестве побочного продукта своей деятельности могут получить доступ к весьма конфиденциальным сведениям о реальных каналах и источниках финансирования, о федеральных контактах своих «подопечных» и т. п. А гарантий лояльности ГРУшных разведчиков у конкурентов с Лубянки нет.
Дураки и агенты

«Все это заумь и конспирология», — считает бывший сотрудник ГРУ, член Совета по внешней и оборонной политике полковник Виталий Шлыков, которому The New Times изложил аргументы его бывших коллег, офицеров военной разведки. Основная проблема, убежден Шлыков, — это «трусливый саботаж реформы вооруженных сил, проводимой министром Сердюковым, со стороны «спесивых генералов». По мнению Шлыкова, ситуацию, сложившуюся в военной разведке, нельзя квалифицировать как развал, так как ничего страшного там не происходит. Высокопрофессиональный спецназ, отвечает эксперт генералу Герасимову, вообще, по его мнению, не должен подчиняться военной разведке: следовало бы создать самостоятельный орган, на который должно быть возложено командование силами спецназначения, как это принято в большинстве наиболее развитых стран мира, считает Шлыков. Что же касается фактически уничтоженной глобальной сети радиоэлектронной разведки ГРУ, то, по мнению эксперта, сегодня Россия при всем желании не может играть ту геополитическую роль, которая принадлежала СССР в период холодной войны, как нет и самого глобального противостояния двух лагерей. Так зачем на это тратить огромные средства?

Совсем другое дело, по мнению Шлыкова, стратегическая и агентурная разведка. Этот ресурс России потерять нельзя. Но он убежден, что в ГРУ сложилась такая ситуация, когда ценность агента нивелировалась неквалифицированной аналитикой: «Агенты — да, ценность, но над ними сидели дураки!» Признанный эксперт в области военного строительства считает, что ГРУ, обладавшее огромной информационно-аналитической службой (в ее состав входили 6 тематических управлений и 6 отделов в структуре 7-го управления, работавших только по линии НАТО), длительное время злоупотребляло эксклюзивным правом на анализ и интерпретацию добываемых сведений, не давая возможности работать в этой области другим аналитическим группам, например, таким как центр, возглавляемый бывшим руководителем СВР и бывшим министром иностранных дел академиком Евгением Примаковым (комментарий Примакова The New Times получить не удалось). «Давно пора было демонополизировать добываемую информацию», — утверждает полковник Шлыков.

Демонополизировали. Вместе со всей системой ГРУ.

Новый комплекс зданий ГРУ на Ходынском поле в Москве: в его коридорах — пустота.

Источник

 
 

Метки:

Обсуждение закрыто.

 
%d такие блоггеры, как: