RSS

Архив метки: gazeta-pravda.ru

Министр Сердюков добивает ВПК!


Заявление Председателя ЦК КПРФ Г. А. Зюганова

Министр обороны РФ разразился очередным «судьбоносным» заявлением, которое вновь свидетельствует либо о полной утрате г-ном Сердюковым чувства реальности, либо о вопиющем пренебрежении национальными интересами.
В интервью «Российской газете» этот «великий реформатор» Вооружённых Сил сообщил, что «побудить промышленность к созданию современных систем вооружения… можно как за счёт собственных разработок, так и созданием кооперационных отношений с иностранными компаниями». Касаясь арсенала потенциальных противников, он заявил, что «нужно иметь аналогичное оружие. Ещё лучше, когда по каким-то параметрам оно превысит зарубежные образцы».
По-видимому, г-н Сердюков предполагает, что его зарубежные «друзья» будут помогать российскому ВПК создавать более совершенное оружие, чем их собственное. То есть министр считает наших потенциальных противников идиотами.
Скорее всего, они таковыми не являются, поэтому мы склонны полагать, что это не бред непотопляемого и несгораемого министра. Это очередной вполне осознанный шаг к ликвидации российской оборонной науки и промышленности, к окончательному разрушению Вооружённых Сил РФ.
«Сотрудничество» с западными фирмами уже привело к развалу великой авиационной промышленности СССР. ИЛы, ТУ и ЯКи, на которых ещё недавно летала треть человечества, ныне почти полностью вытеснены даже на российских аэродромах «боингами» и «аэробусами», продукцией бразильских и французских компаний. Сейчас под предлогом заимствования передового опыта нам предлагают проделать то же самое и с ВПК.
Разрушительная деятельность г-на Сердюкова вызывает всёвозрастающее негодование миллионов военных и работников ВПК. Можно не сомневаться, что сей деятель внёс немалый вклад в поражение «Единой России» на недавних парламентских выборах.
КПРФ вновь настойчиво требует отставки «реформатора» Сердюкова, ибо каждый день его пребывания во главе Министерства обороны усугубляет катастрофу Вооружённых Сил России, ставит под всё более реальную угрозу безопасность нашей страны.

По материалам газеты «Правда» http://www.gazeta-pravda.ru

 
 

Метки: , , , , , , , ,

Вместе с рабочими


ПРОШЕДШИЙ ГОД ознаменовался для КПРФ рядом важных тактических побед. Самой значительной из них является успех коммунистов на выборах в Госдуму РФ, позволивший существенно увеличить количество депутатов во фракции КПРФ. Достигнутые результаты стали возможными благодаря в том числе и самому активному участию в агитационной предвыборной кампании КПРФ рупора партии — газеты «Правда», доносящей до широких масс избирателей позицию и программу коммунистов по выводу страны из кризиса, непосредственная угроза которого для страны в целом и каждого гражданина становится сейчас всё более очевидной.

Поздравляю коллектив редакции с новым, 2012 годом и, пользуясь случаем, обращаюсь через «Правду» к руководству партии с просьбой сосредоточить основные усилия на повседневной работе в трудовых коллективах, непосредственно в рабочей среде.

«Возьмём власть вместе с рабочим классом России» — таким, мне кажется, должен быть сегодня девиз КПРФ.

Денис ИВАНОВ. Рабочий-железнодорожник.

По материалам газеты «Правда» http://www.gazeta-pravda.ru

 
 

Метки: , , ,

Баллада о Красном флаге


Двадцать лет назад, 25 декабря 1991 года, предателями Отечества был спущен Красный флаг Советского Союза над Кремлём.

Дельцы — у Времени в гостях,

Что быстро сделались врагами,

С Кремля спустили

Красный стяг —

И триколор взлетел над нами.

Когда наш флаг втоптали

в грязь,

Отчизну превратив в пустыню,

То кровь столетий полилась

Из пор его —

И льётся ныне.

И он, опасный для господ,

С того и был распят врагами,

Что превратились мы в народ,

Ведомые большевиками.

Ильич из социальной тьмы

Нас вывел, одарив отвагой, —

Рабы вчерашние, людьми

Мы сделались под

Красным стягом.

И что бы ни творила «знать»,

Всё пораженьем обернётся,

Поскольку в стадо не загнать

Народ, в ком сердце

Флагом бьётся.

Иван САВЕЛЬЕВ.

По материалам газеты «Правда» http://www.gazeta-pravda.ru

 
 

Метки: , , , ,

Основа действий — наука побеждать. Записки Виктора Кожемяко с XIV съезда партии


Выборы в Государственную думу 4 декабря, совпавшие с 70-летием начала советского контрнаступления под Москвой, обозначили серьёзный успех КПРФ, нанесли ощутимый удар по «партии власти».
Но впереди — новый этап борьбы за изменение социально-экономической и политической системы страны. Вступая в избирательную кампанию по выборам президента и выдвигая своего кандидата на высший государственный пост, съезд коммунистов коллективно вырабатывал курс на победу.

Для блага народного

— Мы можем уверенно сказать, что могущество КПРФ будет прирастать Сибирью, — заявил с трибуны, открывая прения по докладам Г.А. Зюганова и И.И. Мельникова, первый секретарь Новосибирского обкома партии А.Е. Локоть.
Да уже весьма заметно прирастает, если в целом ряде городов и районов Новосибирской области «Единая Россия» потерпела поражение. При этом коммунисты далеки от какой-либо самоуспокоенности: победа приходит в жёсткой борьбе.
Что на очередных выборах поможет добиться победы? Анализируя опыт предыдущей избирательной кампании, Анатолий Евгеньевич ответил: партийное товарищество, партийное единство! А кандидатом в президенты от народно-патриотических сил на съезде народных депутатов Сибири и Дальнего Востока был выдвинут Геннадий Андреевич Зюганов.
— Сибиряки — за Зюганова! — под дружные аплодисменты зала провозгласил Анатолий Локоть.
Продолжая вслед за ним характеристику лидера КПРФ, руководитель общероссийского движения «В поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки» адмирал В.П. Комоедов начал своё выступление так:
— Знаю, верю, поддерживаю и надеюсь… Призываю весь народ голосовать за нашего кандидата!
Предложенная адмиралом резолюция — по-военному краткая и чёткая. Первое: победить на предстоящих президентских выборах. Второе: после победы провести новые честные и справедливые выборы в Государственную думу, а состав ЦИК привести к присяге на верность народу. Все остальные действия нашей партии, по мнению выступавшего, хорошо прописаны в Предвыборной программе, которую изложил в докладе на съезде Г.А. Зюганов.
Очень высокую оценку этому докладу дала и лётчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза С.Е. Савицкая, также горячо поддержавшая кандидатуру Г.А. Зюганова на пост президента страны. По мнению Светланы Евгеньевны, общество за последнее время значительно изменилось, и сегодня есть реальный шанс повернуть государственную политику в сторону интересов народа. Для этого нам необходимо учесть ошибки и просчёты, допущенные на предшествующих выборах, быть в своих действиях более жёсткими, уверенными и настойчивыми.
Давно и хорошо знают Геннадия Андреевича Зюганова жители Московской области, с коммунистами которой он связан около тридцати лет. Именно поэтому, как сообщил первый секретарь Московского обкома КПРФ Н.И. Васильев, на партийных конференциях Подмосковья называлась его кандидатура в президенты России как самая достойная.
Результат коммунистов области на минувших парламентских выборах — 26 процентов, «Единой России» — 32. Более 28 процентов у КПРФ на выборах в областную Думу.
— Всё это — наша база, с которой мы уверенно идём на выборы президентские, — заметил тов. Васильев.
Он назвал некоторые слагаемые, помогающие добиваться успеха. Среди них — активная работа Общероссийского штаба протестных действий; Народный референдум, в ходе которого в Подмосковье высказались около миллиона человек; партийная газета, вышедшая тиражом около 30 миллионов экземпляров и позволившая более 15 раз войти в каждую квартиру; активные действия 40 молодёжных бригад и многое другое. Подготовка к президентским выборам начата здесь без промедления.

Молодёжь, на передний край!

Роли молодых сил в борьбе на избирательном поле посвятил своё выступление первый секретарь Тульского обкома КПРФ, лидер российского комсомола Ю.В. Афонин. На результатах парламентских выборов, несомненно, сказалось и то, отметил он, что в летние месяцы в более чем 40 молодёжных лагерях прошли хорошую идейную, политическую подготовку тысячи комсомольцев, активистов, включившихся в агитационную работу, в работу на избирательных участках в роли наблюдателей и членов избиркомов. Выборы 4 декабря показали, что «Единая Россия» быстро теряет авторитет у молодёжи. Многие из нового поколения голосовали за КПРФ в надежде, что, придя к власти, она вернёт молодым те социальные гарантии и уверенность в завтрашнем дне, которые были у их родителей в советские годы.
Впереди — президентские выборы, которые потребуют еще более серьёзной, основательной подготовки. Ключевое значение имеет сегодня работа со студенческой молодёжью. Предстоит активизировать работу в социальных сетях, провести студенческие форумы. Особо стоит вопрос контроля. Нельзя мириться с тем, что, как это было в Тульской области и Башкирии, наблюдателей удаляли с избирательных участков с помощью полиции. В новом составе Думы надо добиться проведения закона, который исключил бы возможности такого произвола.
— Нынешние выборы в Госдуму, — заявил с трибуны съезда первый секретарь Иркутского обкома КПРФ С.Г. Левченко, — окончательно развеяли устойчиво довлевшее над многими мнение, что «голосуй не голосуй — получишь «Единую Россию». Но борьба предстоит упорная, и вопросы контроля за ходом выборов действительно приобретают сплошь и рядом решающее значение. Ведь зачастую приходится бороться даже не столько с «единороссами», сколько с произволом правоохранительных органов, силовых структур, которые вместо выполнения главной своей миссии — борьбы с криминалом — направляют усилия на борьбу с КПРФ.
Противостояние будет трудным, но есть у коммунистов, по убеждению оратора, два огромных преимущества. Это идея социализма, социальной справедливости, которая, несмотря ни на что, овладевает массами. И, конечно, масштаб личности кандидата в президенты от КПРФ Геннадия Зюганова. Особенно на фоне некоторых его соперников — скоморохов и клоунов. Иные считают: главное не победа, а участие. Для нас же главное — это победа!

Во имя мира и братства

КПРФ выступает главным хранителем таких ценностей человечества, как мир и дружба между народами, самобытность их национальных культур, исторических корней и традиций. Именно коммунисты, лидер КПРФ Г.А. Зюганов выступили с целым рядом инициатив, направленных на сбережение российского и других народов страны в противовес стремлениям нынешних властей слепить некую безликую «россиянскую» нацию по американскому образцу. Отметив это, секретарь ЦК КПРФ, первый секретарь Северо-Осетинского рескома партии К.К. Тайсаев напомнил о таких масштабных акциях, как собрание партийного актива регионов Юга России и международная встреча в Донецке, где с новой силой звучала идея собирания наших народов в единую братскую семью.
Касаясь выпадов экстремистов, сеющих межнациональную рознь («хватит кормить Кавказ» и т.п.), Казбек Тайсаев отметил, что семья кавказских народов могла выносить любые лишения, но никому не прощала унижений. Напомнил он и всегда актуальные строки великого певца Дагестана Расула Гамзатова:

В кавказца, как бы он ни каялся,
Проклятьем выстрелю в упор,
Когда бы он начальству
кланялся,
А не вершинам отчих гор.

Как всегда, ярко и убедительно выступил на съезде лидер коммунистов Дона Н.В. Коломейцев.
70 лет назад, в декабре 1941 года, сказал он, в битве под Москвой советский народ доказал, что может победить «непобедимых» фашистских вояк. 4 декабря 2011-го мы доказали, что можно побеждать «Единую Россию». И это несмотря на дикие бесчинства и фальсификации, которые творились на избирательных участках и в избиркомах.
Предстоящая кампания, судя по всему, будет еще жёстче, поэтому уже сейчас, убежден Николай Васильевич, надо готовить свой актив, свои «красные бригады» в помощь нашим товарищам, отстаивающим право граждан на честные выборы перед многоголовой гидрой «партии власти». Ни один голос не должен быть украден. Борьбе за победу надо отдать все силы, все ресурсы, как это делали наши предки четыреста лет назад, идя в бой за свободу Отечества под знамёнами Минина и Пожарского.

Плечом к плечу

— Очень тяжёлая ноша и очень ответственная миссия быть кандидатом в президенты страны от КПРФ, — сказала в своём эмоциональном выступлении член бюро Карачаево-Черкесского рескома партии М.А. Михайлович.
Она подчеркнула, что, возлагая эту ответственность на своего лидера, коммунисты призваны оказать ему всемерную поддержку и максимальную помощь.
В Калининграде на думских выборах за коммунистов проголосовал 31 процент избирателей, и КПРФ опередила «Единую Россию» на 6 процентов. А ведь власть бросила много сил на этот регион. Дважды приезжал сюда Путин, были Медведев и несколько министров. Жителей буквально осыпали кучей сладких обещаний.
— Однако ничто не помогло, — сказал первый секретарь Калининградского обкома КПРФ И.А. Ревин.
Верх одержала продуманная и целеустремлённая работа коммунистов области. Они понимают, что расслабляться сегодня ни в коем случае нельзя. Видят новые угрозы, ищут способы противостоять им. И верят в победу.
Последним в прениях по докладам выступил член Президиума ЦК КПРФ, выдающийся деятель аграрного движения Н.М. Харитонов. Он предупредил о губительных последствиях, которые ждут сельское хозяйство страны после вступления в ВТО, куда так усердно заталкивают страну нынешние власти. Живой пример тому — Украина, в которой после ослабления таможенных преград уже закрылись 50 сахарных заводов. Более того, в страну ввезено… 20 тысяч тонн свиного сала. Путь — в никуда.
Оратор напомнил о нелёгкой многолетней борьбе, которую вёл и ведёт Г.А. Зюганов против разрушителей страны, за торжество социалистических идеалов. «Он всегда был с нами, с народом, — подчеркнул Николай Михайлович, — и сегодняшние российские избиратели — рабочие и крестьяне, люди, занятые в мелком и среднем бизнесе, — можно сказать, выстрадали своего президента, честного народного президента России, которым может по праву стать лидер КПРФ Геннадий Андреевич Зюганов».

В единстве — залог успеха

— Вы мне предлагаете не путёвку в Сочи и не прогулку по Невскому проспекту, а предлагаете каторгу, — сказал Г.А. Зюганов, обращаясь к съезду. И после паузы добавил под бурные аплодисменты зала: — Я принимаю ваше предложение, но надеюсь на вашу поддержку.

В заключительной речи, завершая работу съезда, Г.А. Зюганов особо остановился на организаторской работе партии в период избирательной кампании. У КПРФ, отметил он, есть твёрдая политическая воля, есть сильная команда и поддержка в массах. Есть развёрнутая, реальная программа возрождения страны. Ключ к победе — в дружной, слаженной работе всего актива партии, всех наших сторонников и союзников, в создании широкой коалиции патриотических сил. И теперь чрезвычайно важно, не теряя ни одного дня, задействовать все ресурсы. Мощная командная работа, единство действий будут определять общий успех.

Николай Кожанов, Виктор Кожемяко, по страницам газеты «Правда»

По материалам http://kprf.ru

 
Оставить комментарий

Опубликовал на 20 декабря, 2011 в Мой блог

 

Метки: , , , , , ,

Хватит бояться!


НА НАШЕМ ИЗБИРАТЕЛЬНОМ УЧАСТКЕ в ауле Ново-Бжегокай Энемского округа Тахтамукайского района Республики Адыгея во время выборов происходило следующее. Глава администрации Энемского округа Х. Хатко в сопровождении депутата парламента Адыгеи от партии «Единая Россия» М. Чермит несколько раз приезжал на наш избирательный участок и лично вбрасывал в урну для голосования пачки бюллетеней с отметками за партию «Единая Россия». Председатель избирательной комиссии была с ними заодно (она — сестра М. Чермита). Всего было вброшено таким образом 260 бюллетеней, 44 человека успели проголосовать лично (избирателей в ауле — 304 человека). Люди возмущались, но сделать ничего не могли — боятся.

Как нам известно, такое творилось и на других избирательных участках округа (в п. Энем вброшено до 500 бюллетеней), так как везде администрации поставили председателями избирательных комиссий преданных сторонников партии «Единая Россия». Кстати, размер оплаты этих трудов зависел от количества голосов за партию «Единая Россия». В этом всё зло — в жуликах от власти. Честных выборов у нас при нынешней власти никогда не было, но сегодняшние превзошли по грязи все предыдущие.

Люди хотят знать: почему все эти безобразия чиновникам сходят с рук?

От редакции: Вопрос, конечно, интересный. Потому что надо преодолеть страх, организоваться и бороться за свои права.

По страницам газеты «Правда» http://www.gazeta-pravda.ru

 
Оставить комментарий

Опубликовал на 15 декабря, 2011 в Мой блог

 

Метки: , , , , , , , ,

Власти скромно отмалчиваются


9 декабря в посёлке Горный Солнечного района Хабаровского края состоялся митинг: люди встали на защиту своего права.

В АВГУСТЕ этого года район пострадал от стихийного бедствия — ливневых дождей и наводнения. Наибольший ущерб был нанесён Горному, где произошла техногенная катастрофа — было размыто хранилище отходов горно-обогатительного комбината, и ядовитая вода с песком (шламом) залила весь посёлок.

Вот уже четвертый месяц продолжается противостояние его жителей и властей всех уровней: поселкового, районного, краевого. Люди не могут добиться даже встречи с кем-то из властей предержащих, а говорить об очистке территории от ядов, о получении нового жилья или о переселении в другое место и вовсе не приходится.

Нужно сказать, что требования жителей Горного несколько раз менялись. Сначала речь шла об очистке улиц и о восстановлении их, а также о компенсации за утраченное имущество. Затем, когда улицы были расчищены, что называется, для галочки, а часть сельчан, потерявших жильё, заселена в наскоро отремонтированный дом из аварийного фонда, люди взбунтовались и потребовали положенного по закону. А случайно получив на руки результаты экспертизы проб воздуха, воды и почвы, все обитатели Горного поняли, что жить в посёлке стало попросту опасно: вне зависимости от того — в новом ли доме, в старом или вообще без крыши над головой.

Жители посёлка, конечно, до сих пор продолжают направлять обращения в разные инстанции (последнее подписали около 400 человек), ищут встреч с должностными лицами, но, главное, они поняли: без организованного протеста их никто не услышит.

И вышли на митинг, несмотря на угрозы (в школу позвонили из администрации района и сказали, что все, кто пойдет на митинг, завтра же будут уволены). На митинге выступили не только активисты, но и простые жители посёлка. Все они говорили об одном: трудно стало дышать, обострились заболевания, страшно за стариков и детей. Требовали: если нет возможности очистить посёлок от шлама без последствий, то нужно всех жителей (1,5 тысячи человек) переселить в другое место.

Присутствовавшие на митинге глава посёлка А.И. Щербак и заместитель главы района М.Г. Адова скромно отмолчались, стоя в сторонке.

На протяжении всех этих месяцев помощь пострадавшим оказывают коммунисты, которые участвуют в собраниях жителей, встречах с властью. Проводят консультации. Депутаты-коммунисты фракции КПРФ в Законодательной думе Хабаровского края поднимают вопрос о ситуации в Горном на краевом уровне. Оказали они помощь и в организации митинга: привезли звукоусиливающую аппаратуру, выступили с конкретными предложениями. Так, Сергей Борцов призвал в марте 2012 года выдвинуть надежного человека на пост главы посёлка, ну и, конечно, на выборах президента проголосовать за Геннадия Зюганова, возглавляющего реально оппозиционную партию, противостоящую грабительской политике равнодушных к нуждам народа властей.

По материалам газеты «Правда» http://www.gazeta-pravda.ru

 
Оставить комментарий

Опубликовал на 15 декабря, 2011 в Мой блог

 

Метки: , , , , ,

Юрий Белов: Эйфория и крах Франца Гальдера


Московская битва уже 70 лет как вошла в анналы всемирной истории. Победа в ней Красной Армии означала крах стратегии блицкрига — «молниеносной войны» против СССР. Авантюристичность её стала очевидной после провала наступления на Москву немецко-фашистских войск 15 ноября 1941 года. Осознавали ли это наиболее дальновидные профессионалы войны — военачальники третьего рейха? Да, осознавали, но ничего изменить не могли.

Генерал-нацист

Почему Гитлер и его генералы вели свои войска к заведомому их поражению под Москвой? Ответ на данный вопрос помогает получить «Военный дневник» Франца Гальдера — генерал-полковника, начальника генерального штаба сухопутных войск фашистской Германии. Дневник был издан в СССР в 1971 году.
Гальдер — один из авторов военной стратегии блицкрига, плана «Барбаросса» («молниеносной войны» против СССР). Это он вместе с генералом Паулюсом разработал проект нанесения главных ударов вермахта по трем направлениям: Ленинград, Москва, Киев. Будучи потомственным германским милитаристом и активным участником подготовки захватнической войны против Советского Союза, Гальдер входил в узкий круг тех, с кем Гитлер общался почти ежедневно на протяжении ряда лет (1938—1942 гг.). Он начал вести свой дневник до нападения Германии на СССР и продолжал ежедневные записи в нём с 22 июня 1941 года по 24 сентября 1942 года — 460 дней войны.
«Военный дневник» генерала Гальдера — документальное свидетельство расистской агрессии германского фашизма. Жаждой этой агрессии была охвачена военная элита, вся без исключения. Столетиями она формировалась в тевтонском, прусском духе, нашедшем в фашизме своё наивысшее воплощение. Адольф Гитлер был своим человеком для немецких генералов. Нет ничего удивительного в том, что в «Военном дневнике» Франца Гальдера часто и с нескрываемым удовольствием приводятся высказывания его фюрера, в которых очевидна патологическая ненависть к России, Советскому государству. Вот записанные генералом слова Гитлера, сказанные им на совещании в Бергхофе 31 июля 1940 года: «Чем скорее мы разобьем Россию, тем лучше. Операция будет иметь смысл только в том случае, если мы одним стремительным ударом разгромим всё государство целиком». Данная цель была общей для Гитлера и его генералов.
Стоит остановиться на нерасторжимости военной и государственно-идеологической элиты в период гитлеровской диктатуры. Стоит потому, что в мемуарах немецких генералов этот факт не признаётся и вся вина за развязывание войны против СССР, равно как и за поражение в ней Германии, возлагается на Гитлера и его ближайшее окружение — Гесса, Геринга, Гиммлера, Геббельса… Генералы вермахта предстают в их мемуарах чуть ли не как простые исполнители воли фюрера. На самом деле они сыграли ничуть не меньшую роль в подготовке человеконенавистнической войны против Советского Союза, чем идеологи и политики германского фашизма. Они понимали и знали, что делали. Знали всю подноготную замысла гитлеровской агрессии.
Для военного руководства нацистской Германии взятие Москвы и Ленинграда имело не только военно-стратегическое значение, но и политическое — уничтожение Советского государства, а также и геополитическое — выход на магистральный путь к установлению мирового господства. Именно идею мирового господства (вожделенную в первую очередь для финансово-промышленного капитала) предложил Гитлер наследникам Шлиффена, Людендорфа, Гинденбурга. Её он представил в слегка закамуфлированном виде, как только стал рейхсканцлером. Об этом свидетельствует дошедшая до нас запись первого выступления Гитлера перед генералами.
«3 февраля 1933 г., Берлин. Высказывания рейхсканцлера Гитлера, изложенные перед главнокомандующими сухопутными войсками и военно-морскими силами во время посещения генерала пехоты барона Гаммерштейн-Эквода на его квартире. Цель всей политики в одном: снова завоевать политическое могущество… Строительство вермахта — важнейшая предпосылка для достижения цели… Как следует использовать политическое могущество, когда мы приобретем его? Возможно, отвоевывание новых рынков сбыта, возможно — и, пожалуй, это лучше — захват нового жизненного пространства на Востоке и его беспощадная германизация».
«Drang nach Osten!» — эти слова стали молитвой генералов вермахта. В «Военном дневнике» Гальдера отражено полное его согласие с расистскими устремлениями Гитлера. Генерал-нацист рассуждает в своих дневниковых записях о реализации бесчеловечных намерений с таким деловитым спокойствием, как если бы речь шла об эффективном управлении только что приобретенным новым поместьем. Читаем: «Непоколебимо решение фюрера сровнять Москву и Ленинград с землей, чтобы полностью избавиться от населения этих городов, которое в противном случае мы потом будем вынуждены кормить в течение зимы. Задачу уничтожения этих городов должна выполнить авиация. Для этого не следует использовать танки. Это будет «народное бедствие», которое лишит центров не только большевизм, но и московитов (русских) вообще».
«Военный дневник» генерала Гальдера содержит немало документальных свидетельств о решающей цели фашистской агрессии: уничтожение России — СССР как главное условие победы Германии во Второй мировой войне. Без ее достижения немыслимо было поставить Запад, весь мир на колени перед гитлеровским рейхом. Битва за Москву, таким образом, объективно приобретала всемирно-историческое значение, что отлично сознавали руководители вермахта.
13 сентября 1941 года, за 17 дней до первого наступления на столицу СССР, генерал Гальдер приводит в «Дневнике» выдержки из одобренной Гитлером Памятки верховного главнокомандования о стратегическом положении на Восточном фронте в конце марта 1941 года. В ней говорилось: «Разгром России является ближайшей и решающей целью войны, для достижения которой следует использовать все силы, не являющиеся необходимыми на других фронтах (выделено мною. — Ю.Б.). Поскольку эта цель не будет полностью достигнута в течение 1941 года, то продолжение восточной кампании в 1942 году должно стоять сейчас на первом месте в нашем планировании… Только после исключения России как военного фактора можно будет при возможной поддержке Франции (расчёт на надёжность Петэна. — Ю.Б.) и Испании начать в крупных масштабах войну против Англии на Средиземном море и в Атлантическом океане».
Обращает на себя внимание оговорка: «Поскольку эта цель не будет полностью достигнута в течение 1941 года…» Руководство вермахта осознавало, что план «Барбаросса» проваливается. Причиной тому служило неожиданное и невиданное доселе для немцев (армию Франции повергли в прах за полтора месяца!) сопротивление Красной Армии, всё чаще и чаще наносившей разящие контрудары по противнику. Чтобы спасти план «молниеносной войны» от полного провала, оставалось одно: взять Москву.
Историческое значение битвы за Москву, как никто другой, понимал Сталин. Именно поэтому он остался в столице, связав свою судьбу с судьбой её защитников. Именно поэтому принял нелегкое и мужественное решение провести парад войск на Красной площади 7 ноября 1941 года. Глубинное народное понимание значения Московской битвы для судьбы Отечества выразил политрук Клочков: «Велика Россия, а отступать некуда — позади Москва!» Огромная страна готова была к смертному бою.

Наступление любой ценой

Франц Гальдер — один из наиболее активных творцов плана «Барбаросса» — вложил в него свои немалые знания в области стратегии и тактики нанесения мощного молниеносного удара по противнику. План «Барбаросса» продумывался долго и тщательно. Длительно и скрытно готовилась к нападению на СССР гитлеровская Германия. Западные историки и военные мемуаристы пытаются всячески преуменьшить размах её подготовки к войне и представить нападение на Советскую страну чуть ли не плодом импровизации Гитлера. «Военный дневник»
Ф. Гальдера документально свидетельствует о чрезвычайной продуманности немецко-фашистской агрессии против Советского Союза. Да, план «Барбаросса» оказался авантюристичен с точки зрения рокового для германского фашизма посыла о якобы неспособности Советского государства выдержать внезапный удар страшной силы почти по всей линии его западной границы. Такого не выдержало бы ни одно государство мира. Но с точки зрения военного оперативного искусства (требующего прежде всего сосредоточения максимума вооруженных сил на главных направлениях удара, одновременного действия сухопутных сил, авиации и т.д.) план «Барбаросса» был разработан с высокой степенью мастерства.
Первые дни и недели войны были особенно тяжёлыми для нашей армии и народа. Внезапность (вероломство) вторжения и численное превосходство немецко-фашистских войск на избранных стратегических направлениях наступления позволили им быстро продвигаться вглубь нашей территории. Начальный период германской агрессии явился для Гальдера пиком его восторженного самодовольства: план «Барбаросса» вступил в действие! События развивались в соответствии с расчетами генерала. Записи «Военного дневника» первых дней войны часто начинаются словами: «Войска продвигаются в соответствии с планом», «Всё идет так, как мы предполагали». «Нет никаких оснований, — пишет Гальдер, — для внесения каких-либо изменений в план операции. Главному командованию сухопутных войск не приходится даже отдавать каких-либо дополнительных распоряжений».
Генерал, не скрывая удовольствия, отмечает, что взятие Вильнюса и Каунаса 24 июня произошло именно в тот самый день, когда эти города были заняты войсками Наполеона в 1812 году. Он уверен, что и Смоленск будет взят столь же быстро, как это удалось Наполеону. Военный гений фюрера (читайте в подтексте: и его, Гальдера) равен гению великого полководца! Путь на Москву открыт, полагает генерал. Осталось только взять Смоленск. «Фюрер считает, — пишет Гальдер 30 июня 1941 года, — что в случае достижения Смоленска в середине июля пехотные соединения смогут занять Москву только в августе». Небольшая досада: «только»… Но генерал не придает ей никакого значения. Он в эйфории. Он окрылен успехами: разработанный им план «молниеносной войны» полностью оправдывается! Быстротечный характер военных действий на Западе заявил о себе и в России! Стратегия блицкрига верна! Разница, по сравнению с войной на Западном фронте, как считал Гальдер, будет состоять лишь в сроках завершения военных действий: если для овладения Францией потребовалось полтора месяца, то для оккупации СССР нужны два-три.
Он был настолько уверен в скором окончании войны с Советским Союзом, что уже в первых числах июля 1941 года изложил в «Дневнике» соображения относительно дальнейшего плана завоевательных действий Германии. Будучи убежден, что СССР уже не представляет опасности в военном отношении, предлагал перенести завоевательные усилия на экономическое подавление нашей страны: «Когда мы форсируем Западную Двину и Днепр, то речь пойдет не столько о разгроме вооруженных сил противника, сколько о том, чтобы забрать у противника его промышленные районы и не дать ему возможности, используя гигантскую мощь своей индустрии и неисчерпаемые людские ресурсы, создать новые вооруженные силы. Как только война на Востоке перейдет из фазы разгрома вооруженных сил противника в фазу экономического подавления противника, на первый план снова выступят дальнейшие задачи войны против Англии».
Написано это было 3 июля 1941 года. Шел 12-й день войны… Как видим, Гальдер отдавал должное индустриальной мощи Советского Союза, его богатым людским ресурсам. Брал он в расчет и огромность территории нашей страны, и, не в последнюю очередь, сопротивление Красной Армии. Увы, мысль о том, что ничего этого не учитывало военно-политическое руководство фашистской Германии, высказывалась не только в западной, но (бывало) и в советской литературе о войне. Ещё как учитывало!.. «Не будет преувеличением сказать, — писал Гальдер, — что кампания против России выиграна в течение 14 дней. Конечно, она ещё не закончена. Огромная протяженность территории и упорное сопротивление противника, использующего все средства, будут сковывать наши силы ещё в течение многих недель».

Откуда такая уверенность генерала в том, что Россия повержена за 14 дней? Она происходила из опыта скоротечности войны на Западе, где война была войной армий, но не народа. Где, иными словами, она не стала Отечественной войной. Эта уверенность проистекала также из незнания народа и страны, против которых Германия развязала войну. Незнания и, соответственно, непонимания сущности советского строя как строя, социалистически преобразившего страну и народ и отвечающего коренным жизненным интересам последнего. Что и дало то единство армии и народа, которого не могло быть в странах буржуазного Запада. Именно это единство породило массовый советский патриотизм и героизм.
Гальдер предлагал «забрать у противника его промышленные районы». Ему в голову не могло прийти, что фабрики и заводы из районов, оказавшихся в зоне военных действий, будут перебазированы далеко на Урал, в Сибирь. И не только оборудование, но и миллионы квалифицированных производственных кадров (факт, не имеющий аналога в мировой истории). Ничего не вышло с экономическим подавлением СССР. Ничего из гигантской мощи советской индустрии не досталось фашистской Германии: промышленное оборудование, которое не успевали вывезти из зоны войны, уничтожалось перед приходом немцев. Было такое на Западе? Да ничего подобного! Вся промышленность Европы, покоренной гитлеровским рейхом, работала на вермахт.
Ни Гитлер, ни Гальдер, никто из фашистской политической и военной элиты не мог допустить мысли, что с первых дней войны в СССР возникнет массовое партизанское движение (оно оттянет на себя более 10% немецких войск), что героическая работа советских людей в тылу даст Красной Армии новейшую военную технику, которая качественно и количественно превзойдет технику противника. Что, наконец, ВКП(б) как сражающаяся партия выступит мобилизующей силой народа, а её вождь Сталин станет символом веры в победу над врагом, стратегом Победы. Вспомним ещё ведущую роль и единство русского народа, вспомним дружбу народов СССР в годы войны. Ни того, ни другого не должно было быть по расчетам идеологов гитлеровского рейха.
Всё сказанное явилось залогом победы Красной Армии в Московской битве. Казалось, всё тогда висело на волоске. Но почему волосок не порвался, понять можно было много позже — после По-беды 1945 года. Генералу Гальдеру не дано было осознать причины поражения немцев под Москвой, он был человеком другого мира: мыслил категориями завоевателя-нациста. Правда, редкие проблески отрезвления появились у него после Смоленского сражения. Тогда в его дневнике признавалось: «Совсем другой противник, поэтому — совсем другой опыт», «Первый серьезный противник», «До начала Смоленского сражения операция развивалась в соответ-ствии с планами, затем развитие замедлилось».

Разгром

Уже после взятия Смоленска главнокомандующий сухопутными войсками генерал-фельдмаршал Браухич на совещании подчинённых ему генералов вынужден был заявить: «Непрекращающаяся война действует людям на нервы. Поэтому понятна повышенная чувствительность. Но она должна иметь свои границы! Общее должно быть выше личного. Если это не получается, то какой бы ни был заслуженный военачальник, он должен уйти на отдых». Данный примечательный факт приведен в дневнике на 34-й день войны. До первого наступления на Москву оставалось ещё 67 дней, а нервы у немцев, как говорится, были уже ни к черту. Сопротивление Красной Армии нарастало.
Враг подошёл к Москве, имея превосходство в живой силе и технике, но был сильно измотан, нёс большие потери. 30 сентября 1941 года началось наступление вермахта на столицу, которое в конечном итоге провалилось. Провалилось и наступление, начатое 15 ноября. После него среди фронтовых военачальников появляется тревожная мысль: а не слишком ли дорогую цену приходится платить, наступая на Москву? В воздухе витал вопрос: а не придется ли зимовать в подмосковных снегах? В «Военном дневнике» Ф. Гальдера представлен процесс нарастания тревоги немецких генералов за исход Московской битвы. Поначалу эта тревога высказывалась осторожно. «Фельдмаршал фон Бок, — пишет Гальдер 18 ноября 1941 года, — как и мы, считает, что в настоящий момент обе стороны напрягают свои последние силы и что верх возьмет тот, кто проявит большее упорство».
Тот же Бок — командующий группой армий «Центр», наступающих на Москву, 29 ноября в разговоре с Гальдером высказывается уже куда определеннее: «Если развёрнутое сейчас наступление на Москву не будет иметь успеха на севере, Москва станет новым Верденом». Ещё более определенно выразил своё мнение начальник оперативного отдела группы армий «Центр» подполковник Тресков: «Нам нечего больше выжидать. Мы можем смело отдавать приказы на переход к зиме. Эти приказы должны содержать основные указания по ведению боевых действий и организации снабжения армии в зимних условиях. Следовательно, план наступления на Москву в этом году отпадает».
И что же Гальдер — внял он голосу разума? Ничуть. Того же 29 ноября 1941 года в его «Дневнике» записано: «Высшее командование считает необходимым продолжать наступление, несмотря на опасность полного истощения войск. Я заявил, что эта точка зрения совпадает с мнением ОКХ (ОКХ — главное командование сухопутных войск. — Ю.Б.)». Гальдер, как и Гитлер, готов был спасать план «Барбаросса» любой ценой, прекрасно понимая, что крах этого плана может привести к краху всей восточной кампании.
30 ноября 1941 года генерал фиксирует потери на советско-германском фронте с 22 июня по 26 ноября 1941 года. Они огромны. Общие потери войск — 743112 человек, то есть 23,12% средней общей численности войск Восточного фронта (3,2 млн. человек). Некомплект на фронте — 340000 человек. Автопарк имеет не более 50% исправных машин. Логика здравого смысла подсказывает необходимость перехода к обороне. Но вопреки логике, Гальдер 1 декабря в разговоре с фон Боком подчеркнул: «Нас также беспокоит повышенный расход сил. Однако нужно попытаться разбить противника, бросив в бой все силы до последнего». Что это — фанатизм? Нет, безысходность. Как и Гитлер, Гальдер готов был идти ва-банк: или во что бы то ни стало победить под Москвой и взять русскую столицу, или пустить под откос годами разрабатываемую доктрину блицкрига и оказаться перед неизбежностью войны со многими неизвестными, к которой Германия не готовилась. Вермахт ещё был очень силён, но противник становился всё грознее и страшнее для него.
5 декабря 1941 года Гальдер пишет: «Фон Бок сообщает: силы иссякли. 4-я танковая группа завтра уже не сможет наступать. Завтра он сообщит, есть ли необходимость отвести войска. Главком сообщил о своём решении уйти в отставку».
А 6 декабря началось контрнаступление советских войск под Москвой, завершившееся разгромом гитлеровской армии. Этого контрнаступления не ожидали главари вермахта и его верховный главнокомандующий. Разгром был полный, о нём узнал весь мир. Гитлер не желал признавать поражения. 6 декабря 1941 года в дневниковой записи Гальдера приводится успокоительное высказывание фюрера: «Русские нигде не отойдут сами. Мы также не можем себе этого позволить. Принципиально нет никаких сомнений и колебаний в отношении сокращения линии фронта». Итак, всего лишь «сокращение линии фронта», а не поражение. Гальдер, следуя «сдержанной» оценке Гитлером положения немецких войск под Москвой, 7 декабря делает в «Дневнике» запись призрачно-обнадёживающего характера: «Противник совершил прорыв с севера на Клин. В районе восточнее Калинина противник также на ряде участков вклинился в наш фронт, но эти вклинения пока удалось локализовать».
Однако разгром немецко-фашистских войск был столь велик, что Гитлеру пришлось 20 декабря 1941 года (о чём сказано в «Дневнике») объявить приказом строжайшее выполнение следующих задач: «1. Держать оборону и сражаться до последнего», «2. При этом добиваться выигрыша во времени», «3. Использовать энергичных офицеров… для сбора военнослужащих, отколовшихся от своих частей, и отправки их на передовую», «4. Все имеющиеся в распоряжении части, находящиеся на родине и на Западе, направить на Восточный фронт», «5. У пленных и местных жителей безоговорочно отбирать зимнюю одежду. Оставляемые селения сжигать» (выделено мною. — Ю.Б.), «6. Истребительные отряды для борьбы с партизанами обеспечить на родине хорошим зимним обмундированием».
Эти задачи были поставлены в первую очередь перед сухопутными войсками. Начальнику штаба данных войск генерал-полковнику Гальдеру недолго оставалось заниматься их решением. После поражения вермахта под Москвой по приказу Гитлера началась чистка генералитета. Фюреру нужны были жертвы, чтобы сохранить в зомбированном сознании немцев свой образ величайшего стратега. С февраля по октябрь 1942 года по его приказу были уволены из армии 185 генералов. Среди них — Браухич, Бок и Гальдер. Последняя запись «Военного дневника», датированная 24 сентября 1942 года, заканчивается словами: «После дневного доклада — отставка, переданная фюрером (мои нервы истощены, да и он свои поистрепал; мы должны расстаться…)»
Как всё чуть ли не по-семейному: нервы всему виной… Ещё 14 июля 1942 года, когда исполнилось сорок лет службы Гальдера в армии, фюрер пригласил его на чашку чая и вручил свой портрет в серебряной рамке с собственной надписью. Трогательная немецкая сентиментальность. И вот…
Отставка Гальдера — не личный конфликт Гитлера с начальником генштаба сухопутных войск. Причина отставки — провал плана «Барбаросса». Блестящий образец прусской военной науки разбился о мужество, героизм и стойкость советского солдата — от рядового до Верховного Главнокомандующего. Именно он, советский солдат, «развеял миф» (по словам Сталина) о непобедимости гитлеровской армии, нанёс ей первое крупное поражение во Второй мировой войне. Именно он похоронил под Москвой план «Барбаросса». Об этой причине своего краха генерал Гальдер никогда не думал.
Его крах стал лишь одним из олицетворений будущего краха всей фашистской Германии. Генералу Гальдеру еще повезло: ему не пришлось вести свой «Дневник» до 9 мая 1945 года.

По страницам газеты «Правда» http://www.gazeta-pravda.ru, Юрий Белов

По материалам http://kprf.ru

 
Оставить комментарий

Опубликовал на 9 декабря, 2011 в Мой блог

 

Метки: , , , , , ,

Малоизвестные страницы истории. Как разгромили немцев под Москвой


Выполняя пожелания читателей, редакционная коллегия «Правды» приняла решение публиковать главы исследования заслуженного деятеля науки РФ А.В. Огнёва в пятничных номерах газеты.

Суть начатой либерально-буржуазными кругами — как доморощенными, так и закордонными — фальсификации российской истории в том, чтобы подменить наше общее прошлое, биографию народа, а вместе с ним — и биографии миллионов соотечественников, посвятивших свои жизни возрождению и процветанию нашей Родины, борьбе за её свободу от иноземного владычества. Фальсификация истории — это попытка наглой подмены самой России. Одним из главных объектов фальсификаций антисоветчики избрали историю героического подвига советского народа, освободившего мир от немецкого фашизма. Понятно, что искренние патриоты не приемлют эту игру напёрсточников. Поэтому читатели «Правды» горячо одобрили опубликованную газетой в канун 70-летия начала Великой Отечественной войны статью фронтовика, доктора филологических наук, почётного профессора Тверского государственного университета Александра Огнёва и настойчиво рекомендовали газете продолжить публикацию его разоблачений фальсификаторов истории. Выполняя пожелания читателей, редакционная коллегия «Правды» приняла решение публиковать главы исследования заслуженного деятеля науки РФ А.В. Огнёва в пятничных номерах газеты.

«Поворотный пункт» войны

Многие немецкие генералы, указывал Ширер, «считали, что, если бы им была предоставлена свобода выбора и они отвели войска с позиций под Москвой, оказавшихся непригодными для обороны, они бы в значительной степени сохранили как личный состав, так и боевую технику, располагали бы более благоприятными условиями для перегруппировки и даже для контратак… И тем не менее впоследствии некоторые генералы неохотно признавали, что благодаря директиве Гитлера войска прекратили отход и сражались на каждом рубеже, тем самым, вероятно, избежав гибели среди снегов России».
Эту точку зрения лучше всего сформулировал генерал Блюментрит: «Фанатичный приказ Гитлера о том, что войска должны остановиться и сражаться на каждой позиции независимо от местности и неблагоприятных условий, несомненно, был правильным. Гитлер понял, что любое отступление через снежные заносы и покрытую льдом местность в течение нескольких дней приведет к развалу фронта». С этим соглашался генерал Типпельскирх: «Это было одним из крупных достижений Гитлера… Если бы началось отступление, оно могло превратиться в паническое бегство». Тогда в воздухе витал призрак бесславного отступления наполеоновской армии из Москвы в 1812 году.
О тягостном настрое в немецкой армии говорят записи Гальдера. «Очень тяжелый день», — не раз он повторял такие слова, описывая очередной прорыв советских войск. «30 декабря. Снова тяжелый день!.. Фюрер по телефону вел возбужденные переговоры с фон Клюге. Он отклонил ходатайство об отводе войск северного фланга 4-й армии». Гитлер приказал 3 января 1942 года: «Цепляться за каждый населенный пункт, не отступать ни на шаг, обороняться до последнего патрона, до последней гранаты — вот что требует от нас текущий момент». Перед этим, 20 декабря 1941 года, он отдал бесчеловечный приказ: «Населенные пункты — сжечь. У местного населения отобрать теплую одежду».
Гудериан впоследствии написал: «Наше наступление на Москву провалилось. Все жертвы и лишения наших храбрых солдат оказались напрасными. Мы потерпели серьезнейшее поражение». Блюментрит, занимавший пост начальника штаба 4-й армии, понял: «Это был поворотный пункт нашей Восточной кампании — надежды вывести Россию из войны в 1941 году провалились в самую последнюю минуту… Кампания в России, а особенно её поворотный пункт — Московская битва, нанесла первый сильнейший удар по Германии как в политическом, так и военном отношениях. На Западе, то есть в нашем тылу, больше не могло быть и речи о столь необходимом нам мире с Англией».
Масштабы поражения измерялись не только этим. Гальдер это понял, хотя и несколько позднее. «Разбит миф о непобедимости немецкой армии, — писал он. — С наступлением лета немецкая армия добьется в России новых побед, но это уже не восстановит миф о ее непобедимости. Поэтому 6 декабря 1941 года можно считать поворотным моментом в краткой истории Третьего рейха, причем одним из самых роковых моментов». А Д. Фуллер заключил, что после поражения под Москвой «германская армия так и не вернула утраченную энергию, а в глазах всего мира она лишилась ореола непобедимой армии».

Несостоявшиеся победители о поражении

Подчеркнем важную мысль в процитированном рассуждении Гудериана: после поражения под Москвой «не могло быть и речи о столь необходимом нам мире с Англией». Длительная война одновременно на востоке и на западе вела Германию к неминуемому краху. Это понимали и сам Гитлер, и его окружение.
Как же трактуют это поражение германской армии западные исследователи и немецкие генералы? Начальник оперативного руководства вермахта А. Иодль сказал на совещании в Мюнхене 7 ноября 1943 года: «Однако на Востоке стихийное бедствие зимы 1941 года властно воспрепятствовало даже самой сильной воле, заставив нас остановиться».
Фуллер рассудил: «С полным основанием можно считать, что не сопротивление русских, как бы велико оно ни было, и не влияние погоды на действия германской авиации, а грязь, в которой застрял германский транспорт за линией фронта, спасла Москву». В журнал боевых действий штаба группы армий «Центр» 19 октября записали: «В ночь с 18 на 19 октября на всём участке фронта группы армий прошли дожди. Состояние дорог настолько ухудшилось, что наступил тяжёлый кризис в снабжении войск продовольствием, боеприпасами и особенно горючим. Состояние дорог, условия погоды и местности в значительной мере задержали ход боевых операций».
Якобсен писал в таком же духе о немецком поражении под Москвой: «Начавшийся период распутицы замедлил быстрое продвижение группы армий «Центр»… Хотя советские историки и по сей день недооценивают это обстоятельство, оно явилось важным фактором последующей неудачи. Ведь наступление на Москву на несколько недель увязло в грязи, замедлилось». Но зарубежные историки и мемуаристы, указывая на раскисшие дороги как основной фактор неудач немецкой армии в октябре 1941 года, делают вид, что распутица никак не сказалась на действиях советских войск. Грязь и бездорожье очень мешали отступающим советским войскам выводить с собой орудия, автомашины, радиостанции. В докладе в штаб фронта командующий 16-й армией К. Рокоссовский сообщил: «Состояние дорог настолько плохое, что создаётся угроза невозможности вывести материальную часть артиллерии и всех типов машин».
4 ноября начались морозы, грязь исчезла. «Наступила русская зима, которая создала величайшие трудности для не подготовленных к таким природным условиям немецких войск». Неужели германский генштаб, разрабатывая план «Барбаросса», ничего не знал о том, что в России бывает зима, которая создаёт «величайшие трудности» как для чужих, так и для своих войск? Многие на Западе всё ещё не хотят признать очевидной истины: в самой основе германский план нападения на СССР был авантюристичен.
Третий том «Истории войн» характерен очевидным умалением решающей роли СССР в победе над Германией. Его составитель В. Подольников, преподнося недостоверные сведения, игнорировал советские исследования и даже западные труды, дающие более или менее объективную картину войны. К тому же он плохо знает то, о чем рассуждает. Он, например, пишет, что «советские войска достигли Дуная в Бухаресте (1 сентября)». Но Дунай течет в полусотне километров от столицы Румынии.
Перепевая оправдания гитлеровских генералов, авторы тома видят причины поражения немцев под Москвой в скверных дорогах и плохой погоде: «Осенние дожди превратили дороги в болото, а затем началась суровая русская зима». Кроме жуткой погоды и плохих дорог, виноват в провале германского наступления на Москву, конечно, Гитлер, помешавший мудрым и многоопытным немецким генералам завершить войну блистательной победой. Выносится за скобки то, что он не помешал им за две недели разгромить Польшу, за 44 дня — Францию. В Германии есть люди, которые считают Гитлера гением, в книге американца М. Лэннинга «100 великих полководцев» он стоит среди них под №14, расценивается выше, чем наши полководцы Пётр Великий, Суворов, Конев, Жуков.
Однако Резун-Суворов в книге «Самоубийство. Зачем Гитлер напал на Советский Союз?» (2000 год) обрисовал Гитлера и его генералов весьма недалекими, не понимающими основ военного искусства. Выходит, был крайне низкий уровень подготовки Красной Армии, очень глупы были её командиры, если, воюя с неумелым, тупым противником, оснащенным к тому же негодной техникой, наши войска терпели жестокие поражения и отступили далеко на восток — до Москвы и Сталинграда. Книга ставит задачу запутать читателя, породить в его душе хаос. Показывая нашего опасного врага в уничижительном плане, откровенно умаляя его силу, Резун избрал такой примитивный ракурс в освещении Великой Отечественной войны для того, чтобы обесценить великий подвиг советского народа, снизить в глазах читателей значение его немеркнущей победы над фашистской Германией.
А. Ерёменко справедливо осуждал «стремление оглупить Гитлера и его генштаб, имевшее хождение в нашей военно-исторической литературе»: «У Гитлера была масса просчетов. Вместе с тем надо признать, что многие из его решений с оперативной и подчас со стратегической точки зрения были верными. …Перед нами был сильный, искушенный в военной науке враг». Манштейн считал, что Гитлер «обладал какой-то интуицией» при решении оперативных вопросов. В 1940 году генералу «оставалось только удивляться тому, с какой быстротой он разобрался в точке зрения, которую группа армий отстаивала в течение вот уже нескольких месяцев».
Победы Красной Армии серьезно снизили моральный дух немцев. За время битвы под Москвой 62000 немецких солдат и офицеров были осуждены военными трибуналами за дезертирство и самовольное отступление. Солдат А. Реннеке писал 6 января 1942 года сестре Эльзе в Мюнхенберг: «Я весь в грязи, не брит. Вши на наших телах танцуют польку. Мы выглядим намного старше своих лет. А мне только 22 года». Унтер-офицер Георг Буркель 14 декабря 1941 года признавался: «Относительно русских мы сильно просчитались. Те, которые воюют с нами, не уступают нам ни в одном виде оружия, в некоторых даже превосходят нас».
Гитлер снял с занимаемых постов 35 высших военачальников. 17 декабря он назначил себя на пост главнокомандующего сухопутными войсками Германии.

Поклонники гитлеровских генералов

В романе «Генерал и его армия» Г. Владимов, по словам писателя-фронтовика В. Богомолова, изобразил «с наибольшей любовью и уважением» немецкого генерала Гудериана, войска которого осквернили Ясную Поляну — нашу национальную святыню: он якобы антигитлеровец, «нежный любящий супруг», «мудрый, гуманный, высоконравственный человек». Но это он судил немецких генералов, выступивших в 1944 году против Гитлера, он с восторгом писал о фюрере в «Воспоминаниях солдата»: «Гитлер — в высшей степени умный человек, он обладал исключительной памятью. Гитлер обладал необыкновенным ораторским талантом; он умел убеждать не только народные массы, но и образованных людей… Самым выдающимся его качеством была огромная сила воли, которая притягивала к нему людей. Эта сила воли проявлялась столь внушительно, что действовала на некоторых людей почти гипнотически».
Армия Гудериана оставила в 1941 году кровавый и разбойничий след на нашей земле. В Ясной Поляне были дрова, но немцы топили печи книгами. Владимов с умилением писал о нем: «как христианин он не мог поднять руки на безоружного», видимо, поверив в то, как Гудериан представил себя: «Сам я противник всякого убийства. Наша христианская религия даёт в этом отношении ясную заповедь». Гудериан в мемуарах «Воспоминания солдата» заявил, что он запретил в своей группе армий бесчинства в СССР, ибо грабежи и насилия подрывают воинскую дисциплину. На самом деле этот «гуманист» приказывал: «У военнопленных и местных жителей беспощадно отбирать зимнюю одежду. Все оставляемые пункты сжигать. Пленных не брать!»
В статье «Ясная Поляна в 1941 году: правда и пропаганда» Е. Константинова отрицала утверждения «советской пропаганды …о варварстве и бесчинствах» немецких оккупантов. Ну, устроили пожар в спальне Л.Н. Толстого, комнате С.А. Толстой и библиотеке, из 14 комнат бытового музея исчезли 93 мемориальных экспоната, 37 предметов из спальни Софьи Андреевны, из литературного музея захватчики утащили «книги, картины, скульптуры чисто идеологического содержания». Вырубили в Ясной Поляне 2143 дерева, устроили кладбище немецких солдат около могилы Л. Толстого, сожгли в окрестностях имения, деревни, амбулаторию, общежитие, Яснополянскую школу, построенную А.Л. Толстой и названную именем великого писателя. Ведь «война есть война». Хотелось бы заявить: абсурдно и безнравственно утверждать, будто в Ясной Поляне оккупанты «не посягнули ни на одну из самых дорогих русских святынь», «не совершали сознательного акта надругательства». Устроенные ими пожары и грабежи безоговорочно уличали их в очевидном вандализме.
Но Константинова не унимается: какие же ловкачи-де советские журналисты: уже 13 декабря 1941 года, через 4 дня после изгнания немцев из Ясной Поляны, «Комсомольская правда» начала печатать дневник М. Щёголевой «Черные дни Ясной Поляны», и в связи с этим Константинова бросает циничную ремарку: «Завидная оперативность». Для неё чужд героический настрой советского народа в военное время, ей непонятно, что люди жили по особым законам, которые требовали от газетчиков самого быстрого отклика на злободневные проблемы.
Вызывает недоумение то, как В. Мельников в книге «Их послал на смерть Жуков?» «скромно» трактует итоги Московской битвы: «Говорить о разгроме врага под Москвой, как это постоянно отмечается в нашей исторической литературе, не приходится. Когда речь идёт о разгроме — враг должен без оглядки бежать в панике… Происшедшее под Москвой можно квалифицировать как победу оперативного масштаба». Для сведения Мельникова приведем свидетельство одного из немецких вояк — Густава Вальтера: «Наше отступление от Тулы началось 14 декабря 1941 года. Связь между батальонами часто терялась, и каждый действовал самостоятельно. Начался беспорядок. Наш батальон несколько раз окружали. Часто мы отступали днём и ночью. Питание было плохое. Крайнее физическое напряжение и наши потери значительно ухудшили настроение солдат».
Наше наступление привело германскую армию к тяжкому стратегическому поражению. Она отступила от Москвы на 150—300 километров, в битве за советскую столицу она потеряла более 500000 человек, 1300 танков, 2500 орудий. Потери личного состава группы армий «Центр», действовавшей на Московском направлении, составили, по немецким данным, 772000 человек. К концу марта 1942 года в 16 танковых дивизиях, сражавшихся на Восточном фронте, осталось всего 140 боеспособных машин. В книге «Гриф секретности снят» отмечено, что в Московской оборонительной операции мы безвозвратно потеряли 514300 человек, а в контрнаступлении — 139586 человек. На РТР же 5 декабря 2001 года объявили: в Московской битве погибли более двух миллионов наших солдат и офицеров, а воевали они саблями XIX века, взятыми из музеев.

Значение битвы за Москву

А. Василевский подчеркивал: «Это была первая в Великую Отечественную крупная наступательная операция стратегического значения, в итоге которой ударные группировки врага под Москвой были разгромлены и отброшены к западу на 100, а в ряде мест и до 250 км. Непосредственная угроза Москве и всему Московскому промышленному району была ликвидирована, и контрнаступление под Москвой переросло в общее наступление советских войск на западном направлении. Под воздействием сокрушительных ударов план «Барбаросса» рухнул, а его основа — теория молниеносной войны — потерпела полный крах, заставив фашистское руководство перейти к ведению стратегии затяжной войны».
Особое значение имело то, что после краха блицкрига и пора-жения под Москвой Германия оказалась вынужденной перейти к стратегии губительной для нее затяжной войны. Впервые в войне у немецкой армии была вырвана инициатива. Правда, в середине 1942 года она снова захватила её, но в битве под Сталинградом потеряла окончательно. Германский генерал К. Рейнгардт в исследовании о битве под Москвой пришёл к выводу, что «несгибаемое упорство советского командования и его вооруженных сил, их умение использовать климатические условия, а также своевременная переброска резервов из восточных районов страны и создание новых формирований окончательно перечеркнули стратегические планы Гитлера».
А. Исаев в своей книге «Антисуворов. Десять мифов Второй мировой» пишет: «Разработчик «Барбароссы» Ф. Паулюс считал, что в Советском Союзе «большие людские резервы из-за недостатка в командных кадрах и материального снабжения не смогут быть полностью использованы». В случае войны, по мнению верховного командования германских сухопутных войск, Советский Союз мог в принципе отмобилизовать 11—12 млн. человек, однако нехватка командных кадров и техники не позволит ему сделать это. Реальной считалась мобилизация 6,2 млн. человек. Предполагалось, что СССР выставит 107 дивизий первой волны, 77 — второй и 25 — третьей, то есть всего — 209 дивизий.
По плану «Барбаросса» предстояло «разбить эти дивизии каскадом следовавших одна за другой операций на окружение». На самом деле в 1941 году были сформированы 336 дивизий — намного больше, чем предполагало встретить гитлеровское командование, начиная войну против СССР. А. Уткин установил: «С начала Великой Отечественной войны из внутренних округов было брошено 70 дивизий. В то же время в этих округах были сформированы еще 194 дивизии и 94 бригады».
Уже 11 августа 1941 года начальник немецкого генштаба Гальдер пришел к огорчительному выводу: «Общая обстановка всё очевиднее и яснее показывает, что колосс Россия, который сознательно готовился к войне, несмотря на все затруднения, свойственные странам с тоталитарным режимом, был нами недооценен. Это утверждение можно распространить на все хозяйственные и организационные стороны, на средства сообщения и в особенности на чисто военные возможности русских. К началу войны мы имели против себя около 200 дивизий противника. Теперь мы насчитываем уже 360 дивизий. Эти дивизии, конечно, не так вооружены и не так укомплектованы, как наши, а их командование в тактическом отношении значительно слабее нашего, но, как бы там ни было, эти дивизии есть. И даже если мы разобьем дюжину таких дивизий, русские сформируют новую дюжину».
«Перманентная мобилизация, — отмечал А. Исаев, — оказалась весьма неприятным сюрпризом для немцев. Теперь для достижения успеха вермахту нужно было перемалывать советские дивизии быстрее, чем их формируют и восстанавливают. Задачей советской стороны было избегать крупных катастроф и постепенно накапливать резервы для перехвата стратегической инициативы… Был организован непрерывный конвейер восстановления существующих и формирования новых соединений. Противопоставить стратегии перманентной мобилизации немцы ничего не смогли». Это заключение было особенно верно для 1941—1942 годов.
В июне 1945 года Кейтель заявил, что после поражения немецких войск под Москвой он не представлял себе «военного решения» всей Восточной кампании. Гальдер назвал это поражение «катастрофой» и «началом трагедии на востоке». Блюментрит признал: «Московская битва принесла немецким войскам первое крупное поражение во Второй мировой войне. Это означало конец блицкрига, который обеспечил Гитлеру и его вооруженным силам такие выдающиеся победы в Польше, Франции и на Балканах. …Многие из наших руководителей сильно недооценили нового противника. После молниеносных побед в Польше, Норвегии, Франции и на Балканах Гитлер был убежден, что сможет разгромить Красную Армию так же легко, как своих прежних противников».
Английский военный историк А. Ситон в книге «Битва за Москву» (1980 год) подчеркивает, что это было «самое кровавое и жестокое сражение Второй мировой войны». Есть основания считать битву под Москвой началом коренного перелома в войне. В 1985 году на Международном научном симпозиуме в Штутгарте обсуждалась тема «Декабрь 1941 года — поворотный пункт войны». На нём американский ученый Ч. фон Лютишоу, «признавая роль битвы под Москвой, успех советских войск объяснял… вступлением США в войну против Японии». Но ведь ясно, что немецкий блицкриг провалился до японского нападения на США.
Адмирал Н. Кузнецов, вопреки распространенному мнению, не склонен был «битву под Москвой считать уже переломной», полагая, что она «создала известные предпосылки для перелома, но всё-таки переломными являются два сражения — под Сталинградом и Курская битва». В этой мысли есть свой несомненный резон, но вместе с тем следует иметь в виду огромное морально-психологическое значение победы под Москвой — и не только для советского народа. До этого фашистская Германия не знала поражений. Только Советский Союз смог остановить её победное шествие. Разгром под Москвой потряс сознание германских войск. Он показал, что немцы не всесильны, их можно бить и побеждать, на глазах всего мира был развеян миф об их непобедимости, который распространялся нацистской пропагандой. Всё это укрепило нашу уверенность в победе.

После Московской битвы

В конце лета 1941 года Гитлер одобрил Памятку ОКВ о стратегическом положении. 13 сентября Гальдер писал о её сути: поскольку разгром России не будет полностью достигнут «в течение 1941 года, продолжение Восточной кампании в 1942 году должно стоять сейчас на первом месте». Ширер предположил: «Гитлер …давно понял, что его замыслы завоевать Россию — не только в шесть месяцев, но и когда-либо — сорвались. В дневниковых записях от 19 ноября 1941 года генерал Гальдер излагает суть доклада фюрера перед группой офицеров из высшего командования. Хотя его армии находятся всего в нескольких милях от Москвы и всё ещё силятся захватить её, Гитлер оставил надежду разгромить Россию в этом году и все свои помыслы направил на достижение целей в следующем году». Гальдер записал вкратце идеи фюрера: «Задачи на будущий (1942) год. В первую очередь — Кавказ. Цель — выход к южной русской границе. Срок: март — апрель».
11 декабря Германия объявила войну США. Чем было обусловлено такое неожиданное решение? Гитлер хотел всему миру и немецкому народу показать, что поражение под Москвой не имеет серьезного военного значения, что Германия настолько сильна, что может бросить вызов даже США. Свою роль играло и то, что теперь немецкие подводные лодки могли топить и американские суда в любом месте земного шара. Но главное, пожалуй, другое. Германия этим объявлением войны хотела бы-стрее подтолкнуть Японию к нападению на СССР, показать, что у них общие враги, общие главные интересы, значит, они должны быть едиными в войне против них.
По Д. Наджафарову, найден документ о том, что «Сталин и Гитлер тайно встречались во Львове накануне Второй мировой войны». Этот «документ» — дезинформация, его подписал 17 октября 1939 года руководитель ФБР Дж. Эдгар Гувер.
Откровенный космополит режиссер М. Розовский 15 апреля 2007 года в телепрограмме В. Познера «Времена» отстаивал другую фальшивку — о том, что якобы по указанию Сталина наши разведчики 20 февраля 1942 года тайно встречались с представителями германского командования, обсуждали «вопросы установления сепаратного перемирия, а затем и сепаратного мира между СССР и гитлеровской Германией и даже совместной борьбы с мировым еврейством в лице США и Англии».
Эта ложь основательно разоблачена в книгах А. Мартиросяна «22 июня. Правда Генералиссимуса» и «Трагедия 22 июня: блицкриг или измена?! Правда Сталина».
К сожалению, В. Карпов в первой книге «Генералиссимус» тоже представил как подлинные документы ряд фальшивок. Первая — «Генеральное соглашение о сотрудничестве, взаимопомощи, совместной деятельности между Главным управлением государственной безопасности НКВД СССР и Главным управлением безопасности Национал-социалистской ра-бочей партии Германии» от 11 ноября 1938 года, вторая — «Предложения Германскому командованию», якобы подписанные Сталиным 19 февраля 1942 года, третья — некий рапорт первого заместителя народного комиссара внутренних дел СССР Меркулова Сталину от 27 февраля 1942 года.
В них вызывает подозрение уже то, что Сталин набросал свои «Предложения…» 19 февраля, а уже 20 февраля наши разведчики, получив их, встретились со своими «коллегами» в Мценске, оккупированном гитлеровцами. Переговоры шли 20—27 февраля, и уже 27 февраля сверхбыстрый Меркулов написал свой рапорт. И вот что важно: американский историк У. Ширер, работая над своей двухтомной книгой «Взлёт и падение третьего рейха», использовал секретные государственные архивы Германии, в том числе и архивы Национал-социалистской рабочей партии и тайной полиции Гиммлера. Ничего подобного об указанной выше встрече в Мценске он не сообщил.
Надо иметь в виду, что, как заявлял Президиум ЦК КПРФ 19 октября 2010 года, в современной информационной войне «в реализации неблаговидных целей используется вброс в архивные фонды России большого количества фальсифицированных и поддельных документов, искажающих роль Советского Союза и И.В. Сталина в истории ХХ века. Такого рода документы запускаются в научный оборот, используются в учебных пособиях, на их основе создаются художественные и документальные произведения».
К середине 1942 года утраченные мощности нашей военной промышленности — в крайне трудной обстановке — были восстановлены и даже превзойдены. Явственно проявилась устремленность к объединению возможностей военных и экономических сил СССР, США и Великобритании. В целом повысилась боеспособность советских войск.
Вместе с тем, по мысли Василевского, для нашего командования «время после победы под Москвой явилось периодом головокружения от успехов». В начале 1942 года Сталин, по утверждению Жукова, допустил стратегический просчет в оценке возможностей немцев. Он посчитал, что после поражения под Москвой они в растерянности, и потому надо «начать как можно быстрее общее наступление на всех фронтах, от Ладожского до Чёрного моря». Сталин рассуждал: если на каком-то направлении фронт не добьется успеха, то это всё равно будет сковывать врага, а «в это время результат будет на других участках». Но недостаток военных сил и весьма ограниченные материальные возможности не позволяли нашей армии успешно наступать тогда на всех фронтах. Не хватало даже снарядов и мин. На Западном фронте, вспоминал маршал, в период наступления «приходилось устанавливать норму расхода… боеприпасов — 1—2 выстрела на орудие в сутки».
Жуков говорил 13 августа 1966 года в редакции «Военно-исторического журнала»: «Мы вводили много дивизий, которые совершенно не были подготовлены, были плохо вооружены, приходили сегодня на фронт — завтра мы их толкали в бой». Эта практика не могла оправдать себя. Серьезных успехов наши войска не добились нигде, кроме Северо-Западного фронта, где они подошли к Великим Лукам. «За период зимнего наступления войска Западного фронта продвинулись всего лишь на 70—100 километров, однако несколько улучшили стратегическую обстановку на западном направлении». Предложение Жукова усилить фронт и продолжать там более мощное наступление Сталин не поддержал. Наоборот, во время контрнаступления вместо наращивания сил оттуда забрали 1-ю ударную армию и вывели её в резерв Ставки, а 30-ю армию передали Калининскому фронту. Впоследствии Жуков говорил, что, если бы дополнительные «силы и средства были брошены на западное направление… противник был бы смят, разгромлен и отброшен по крайней мере на линию Смоленска».

Дезинформация с помощью «Кремля»

15 марта 1942 года Гитлер заявил, что предстоящим летом русская армия будет полностью уничтожена. «Рузвельт и военные круги США, — пишет В. Силлопс, — не исключали того, что в летней кампании 1942 года Германии удастся нанести поражение Советскому Союзу». В июне 1942 года Рузвельт говорил министру Моргентау: «В целом ответ на вопрос: выиграем мы войну или проиграем — зависит от русских. Если русские смогут продержаться это лето и будут сковывать в боях три с половиной миллиона немцев, то мы определенно сможем одержать победу». Эта мысль о том, что победа во Второй мировой войне «зависит от русских», воспринималась как очевидная и Рузвельтом, и Черчиллем в 1941—1944 годах.
Генерал К. Цейтцлер писал, что летом 1942 года «Гитлер намеревался прежде всего захватить Сталинград и Кавказ. Осуществление этих намерений, безусловно, имело бы огромное значение. Если бы немецкая армия смогла форсировать Волгу в районе Сталинграда и таким образом перерезать основную русскую коммуникационную линию, идущую с севера на юг, и если бы кавказская нефть пошла на удовлетворение военных потребностей Германии, то обстановка на Востоке была бы кардинальным образом изменена и наши надежды на благоприятный исход войны намного возросли бы. Таков был ход мыслей Гитлера. Достигнув этих целей, он хотел через Кавказ или другим путем послать высокоподвижные соединения в Индию».
23 марта 1942 года советская разведка сообщила в ГКО о подготовке летнего немецкого наступления: «Главный удар будет нанесен на южном участке с задачей прорваться через Ростов к Сталинграду и на Северный Кавказ, а оттуда по направлению к Каспийскому морю». Высшее советское командование недооценило это важное для определения характера ведения военных действий в 1942 году заключение. К. Мерецков указал: «Ставка считала главной ареной будущих сражений летом 1942 года не юг, как ориентировала наша разведка, а центр, опасаясь нового наступления гитлеровцев на Москву».
Нашу Ставку бичуют за то, что она не воспользовалась полученными разведкой доподлинными сведениями о планах вермахта на летнюю кампанию 1942 года, а советские «полководцы спланировали и провели авантюрную Харьковскую операцию». Но Генштаб, как вспоминал А. Василевский, не поддерживал её, Сталин приказал считать её «внутренним делом направления и ни в какие вопросы по ней не вмешиваться», что стало «чрезвычайно большим просчетом».
Юрий Александрович Василевский, сын маршала, писал о последствиях конфликта между Верховным и Генштабом при решении вопроса об освобождении Харькова в мае 1942 года:
«И. Сталин считал возможным развернуть крупные наступательные операции в начале лета. Его решимость поддерживали К. Ворошилов, командующий Юго-Западным фронтом С. Тимошенко и член Военного совета Н. Хрущёв. Однако Б. Шапошников, Г. Жуков и А. Василевский выразили несогласие с планом проведения наступательной операции на юго-западном направлении, считая, что пока не хватает сил для её проведения».
Василевский, верно оценивая складывающееся там опасное для советских войск положение, дважды предлагал остановить уже начавшееся харьковское наступление, но Сталин «не послушал его. Дело кончилось тем, что 19 мая противник окружил наши войска в Барвенковском выступе, и они понесли большие потери». Юго-Западный и Южный фронты в мае потеряли 277190 человек, из них безвозвратно — 170958. Эта крупная неудача — результат ошибочных решений со стороны командующих и штабных работников. Жуков видел главную причину нашего поражения в этой операции «в недооценке серьезной опасности, которую таило в себе юго-западное стратегическое направление, где не были сосредоточены необходимые резервы Ставки».
А. Василевский в книге «Дело всей жизни» признал, что ошибка нашего командования состояла в том, что «обоснованные данные нашей разведки о подготовке главного удара врага на юге не были учтены». Но тогда были и другие, казавшиеся достоверными сведения о том, что немцы решили вести главное наступление на Москву. Чтобы ввести в заблуждение нашу Ставку, они искусно дезинформировали её. Выполняя распоряжение Гитлера, командующий группой армий «Центр» фельдмаршал фон Клюге и начальник штаба генерал Велером подписали 29 мая 1942 года ложный приказ «Кремль» о наступлении на Москву, который стал известен нашему командованию. Оно знало, что в центре немцы держали более 70 дивизий, московский регион имел важнейшее стратегическое, политическое и экономическое значение. По словам Г. Жукова, И. Сталин «больше всего опасался за Московское направление».

По страницам газеты «Правда» http://www.gazeta-pravda.ru, Александр Огнев, фронтовик, профессор, заслуженный деятель науки РФ

По материалам http://kprf.ru

 
Оставить комментарий

Опубликовал на 9 декабря, 2011 в Мой блог

 

Метки: , , , , , , ,

Дата в истории. Беловежское проклятие


Беловежское проклятие остаётся над теми, кто продолжает идеологию и политику душителей социализма, уничтоживших двадцать лет назад нашу великую Советскую Родину

Лучше всего понять смысл и значение происшедшего под укрытием глухой декабрьской ночи 1991 года в заповедной Беловежской Пуще помогают слова из Обращения И.В. Сталина к народу светлым победным майским днём 1945-го: «Три года назад Гитлер всенародно заявил, что в его задачи входят расчленение Советского Союза и отрыв от него Кавказа, Украины, Белоруссии, Прибалтики и других областей. Он прямо заявил: «Мы уничтожим Россию, чтобы она больше никогда не смогла подняться». Это было три года назад. Но сумасбродным идеям Гитлера не суждено было сбыться — ход войны развеял их в прах». Разве не заветную гитлеровскую мечту осуществили беловежские заговорщики, подписав документ о ликвидации Советского Союза? В их оправдание сегодня говорят, что Советская держава к тому моменту фактически уже перестала существовать. Тогда зададим ещё один вопрос: а кто и как довёл державу до этого?

Через полвека после отражения врага — акт о капитуляции

Приведённые выше сталинские слова производят на меня сильнейшее впечатление потому, что вызывают целый ряд исторических сравнений и параллелей, почти мистических, от которых невозможно уйти.
Вот первое: чёрная дата, когда был подписан акт, положивший конец Советскому Союзу, буквально совпала с днями начала ровно 50 лет назад контрнаступления советских войск под Москвой. Тогда, в 41-м, многим это показалось (да и поныне кажется!) невероятным чудом. Но оно свершилось и при всей вроде бы невероятности имеет абсолютно реальные, сугубо конкретные основания и причины.
Замечу: то, что в Кремле был Сталин, который потом, в мае 45-го, и поздравит соотечественников с Великой Победой, что Сталин в роковой момент истории оставался в столице, не покинул Москву, тоже входит в число тех причин. Но самое основное, конечно, — советский социалистический строй, который он олицетворял, и партия коммунистов, им возглавлявшаяся. Кто бы что ни говорил ныне, а величайшая историческая правда, признанная в конце концов и самими разгромленными врагами нашими, состоит именно в этом.
Так что же получилось? В декабре 41-го, стоя насмерть, не щадя себя и борясь до последнего, повернули вспять мощное войско, снаряжённое всей Европой и уже готовившееся ликовать на улицах и площадях столицы Советской страны. А полвека спустя, точно в это время, хотя не было такого огромного вражеского войска на подступах к Москве, состоялось по существу подписание акта о капитуляции, разодравшего Советскую страну на части…

Место подписания тоже оказалось символическим. Ведь здесь, совсем рядом, — Брестская крепость, где за полвека до этой тайной предательской операции враг столкнулся с невиданно героическим советским сопротивлением. А теперь — сдача без сопротивления…
Так что же произошло 8 декабря 1991 года? Как это могло произойти?
Соревнование разрушителей: кто главнее?
Да, то была тайная операция предательства. Помню, 10 декабря 1991-го я улетал в командировку в Душанбе. Оттуда уже доносились известия о первых всполохах гражданской войны, в которой потом погибнет мой многолетний коллега по «Правде», наш собственный корреспондент в Таджикистане Отахон Латифи. А тогда прозвучавшее накануне «беловежское заявление» резко усилило тревогу за положение на всей территории Советского Союза, взорванного предателями.
И вот неожиданно рядом со мной в самолёте оказался президент Таджикистана, с которым прежде всего хотелось мне встретиться в столице республики. Собственно, президентом Рахмон Набиевич Набиев стал к тому времени совсем недавно, две недели назад, до этого я встречался с ним как с первым секретарём ЦК Компартии Таджикистана. Но по каким же делам был он в Москве в столь горячий момент? Отвечает:
— Михаил Сергеевич приглашал. Посоветоваться о будущем Союза.
Я был поражён! Надо же, Ельцин сообщает из Беловежской Пущи о роспуске Советского Союза, а Горбачёв в это время проводит в Москве совещание… о будущем этого самого Союза. Невозможно такое принять всерьёз. Что же это — мероприятие для прикрытия? Маскировочный туман?
Уверен, именно так и было. До чего мы ошибались (многие, во всяком случае), видя в «противостоянии» Ельцина и Горбачёва нечто серьёзное! Были-то реально два предателя, действовавшие в одном направлении, соревновавшиеся, кто более угодит «вашингтонскому обкому», кого больше похвалят и восславят.
Эта ревность, трудно скрываемая, и теперь прорывается у Горбачёва. По-моему, когда в связи с юбилеем выдающегося предателя президент РФ Д. Медведев вручал ему высшую награду сегодняшней России — орден Андрея Первозванного, тот думал: «А Ельцину-то вы, Дмитрий Анатольевич, на его юбилей памятник белоснежный открыли! Мне за мои заслуги такой при жизни полагается». Ну а будь жив Ельцин, как бы завидовал он пышному торжеству, устроенному в Лондоне в честь Михаила Сергеевича.
Нынешняя российская власть и провластные СМИ совершенно очевидно каждый раз испытывают затруднения, какой же из двух этих «исторических фигур» отдать в оценках их заслуг пальму первенства. Действительно, преимущественность вклада в уничтожение социализма, советского строя и Советского Союза нелегко меж них установить. На сей счёт в народе говорят: «Два сапога — пара». Или ещё: «Хрен редьки не слаще». Это, кстати, стоило бы всем помнить ныне при оценке других возникающих во власти пар…

Таинственные предшественники и достойные продолжатели

Итак, тайный характер проведённой Ельциным операции плюс невмешательство Горбачёва, по мнению многих, и обеспечили успешный её результат. Даже некоторые, казалось, компетентные люди всё ещё считают: прояви тогда президент СССР решительность и твёрдость, беловежские подельники были бы арестованы и отданы под суд как государственные преступники. Например, полковник КГБ в отставке А.К. Никифоров из Воронежа задал в своём письме, адресованном «Правде», вопрос: почему бездействовало руководство Комитета государственной безопасности?
Однако, думается, ныне должно быть уже окончательно ясно: главное — не в отсутствии твёрдости и решительности у Горбачёва или руководства КГБ. Главное в том, что Горбачёв не был против. Конечно, он об этой операции заранее знал, она была тайной не для него, а для страны. Он же, давно поддерживавший негласные контакты с Ельциным, стал фактически участником заключительного акта по демонтажу СССР.
Такова логика предательства: руководитель страны не только не противостоит, а способствует её уничтожению. После Беловежья оставалось только спустить красный флаг над Кремлём…
Все, кто помнит то время, должны бы согласиться со мной: оно стало началом великой апологии предательства. Превозносится Власов — как борец против сталинского режима. Низвергаются советские герои — как защитники сталинизма.
В номере от 29 ноября 1991 года «Правда» напечатала статью «Трагедия Зои Космодемьянской». К полувековой годовщине гибели славной дочери советского народа пришлось говорить о том, что 50 лет спустя Зою снова жестоко пытают и казнят.
С тех пор, с треклятой «перестройки» и до сего времени, Сталин и коммунисты остаются главными объектами травли в «демократической» России. А отмечая знаменательные даты Великой Отечественной, об их вкладе в Победу молчат. Хотя легко представить, что было бы со страной, окажись тогда на месте Сталина в Кремле тот же Власов. Или Горбачёв, Ельцин, или…
Ладно, прервусь. Да будь любой из самых видных теперешних антисталинистов и антикоммунистов у руля страны в тот тяжелейший период, не видать бы нашему народу Победы. А вот план Гитлера по расчленению и уничтожению Советского Союза был бы реализован не через 50 лет, в 1991-м, а уже тогда.
Антисталинистом номер один был, конечно, Гитлер. И Сталин поломал его безумные планы. А за что же так люто ненавидят Сталина в нынешней российской правящей «элите» и обслуге её? Не за то ли особенно, что предательства он не позволял ни себе, ни другим?
Путин при официальном выдвижении его в президенты сказал: «Иуда — не самый уважаемый библейский персонаж в нашем народе». Что ж, так и есть. Только кого конкретно имел в виду Владимир Владимирович, подняв вдруг эту острую тему? «Грантополучатели», находящиеся на содержании у иностранных государств и отрабатывающие деньги в российской предвыборной кампании, разумеется, уважения не заслуживают. Однако для нашего народа с тем библейским персонажем ассоциируются прежде всего, если говорить о последних 20—25 годах, Горбачёв и Ельцин, Александр Яковлев и Шеварднадзе, Собчак, Чубайс, Гайдар…
У Путина как-то безымянно получилось, когда говорил он про тех, которые уже порулили страной, не достигнув ничего хорошего (развалили, допустили разграбление всего и вся), но теперь опять рвутся во власть. К кому это относится? К Немцову? Согласен. Однако ведь все знают: Немцов был соратником и выдвиженцем Ельцина. Как, кстати, и сам Путин. Обоих Борис Николаевич видел в качестве своих преемников. Значит, заслужили. Верх взял Путин — стало быть, больше заслужил.
И можно ли теперь «отрубить», забыть, оставить где-то в непроглядной дали поведение разных персонажей, связанное с трагедией развала великой страны, которое в сумме сыграло поистине роковую роль?
Человек убеждённо заявляет с предвыборной трибуны, что вся его жизнь, без преувеличения, на всех этапах была направлена на служение Отечеству. Но разве не служил он при этом Собчаку и Ельцину, чьи огромные заслуги в развале Отечества невозможно переоценить?
Странная картина получается. Вроде какие-то незримые и неощутимые силы, люди без имён и фамилий учинили то, после чего России 20 лет надо восстанавливаться. Да и очень большой вопрос, восстановилась ли она за эти 20 лет, как в предвыборной эйфории утверждает «партия власти». Далеко не восстановилась!
Нам внушают, что сегодня у власти люди совсем уже другие, не причастные к предательству и разгрому двадцатилетней давности. Однако на том же съезде «единороссов», который выдвинул Путина кандидатом в президенты, можно было видеть массу до боли знакомых лиц. Знакомых именно с тех пор, когда уничтожалась Советская страна.
Вот на трибуне знаменитый адвокат Макаров. Тот самый, который не слезал с телеэкрана в начале 90-х, клеймя Советскую власть и Советский Союз. Один из самых бешеных, самых неистовых обвинителей коммунистов на суде над КПСС! Он прежний, разве что удалось избавиться от нездоровой полноты. И что же он говорит от имени «партии власти»? Нас, дескать, путают с нашими предшественниками: «Это они обманывали людей — мы не обманываем никогда…»
Вот и попробуйте отгадать, кто те таинственные неназванные «предшественники», на голову которых облагородившийся по виду Макаров (да и не только он!) валит теперь всю вину за бедствия родной страны, за обман людей, за предательство их.
Но тень большого предательства витает над нынешней «партией власти», как бы ни старались вожди «единороссов» от неё уйти.

По страницам газеты «Правда» http://www.gazeta-pravda.ru. Виктор Кожемяко. Плакат Дмитрия Малкина

По материалам http://kprf.ru

 
Оставить комментарий

Опубликовал на 8 декабря, 2011 в Мой блог

 

Метки: , , , , , , , ,

Малоизвестные страницы истории. 1917 год. Между июлем и октябрём


В предыдущем выпуске юбилейных страниц, посвященных 100-летию «Правды» (23—26 сентября 2011 года «Допрос в контрразведке»), были впервые опубликованы документы, которые, наряду со многими известными ранее источниками, опровергают бесконечно тиражируемый антисоветской пропагандой миф о том, что «Правда» в 1917 году издавалась «на немецкие деньги». Этот грязный и лживый поклёп, как и клеветнические наветы на вождя революции («Ленин — шпион», «Ленин бежал на подводной лодке в Германию»), с особой яростью обрушился на большевиков и «Правду» в июльские дни 1917 года.
Мы уже рассказывали о том, как были разгромлены милицией Керенского редакция и типография «Правды», арестованы и брошены в тюрьмы видные деятели партии, многие авторы и сотрудники газеты. «Нет больше большевиков!» — радостно извещали своих читателей буржуазные газеты. Но контрреволюция рано праздновала победу. Оставшись после запрета и июльского разгрома без средств, без помещения и какой-либо материальной базы, четырежды сменив название, «Правда» возрождалась, словно феникс, и снова, с первых же номеров, становилась той самой революционной, партийной трибуной, которая сплачивала воедино массы рабочих, солдат и крестьян, готовя их к решающему штурму старого мира, к великой пролетарской революции, осуществленной в октябре 1917 года.

«Рабочий и Солдат»

Первым названием возрожденной газеты стало «Рабочий и Солдат». По воспоминаниям правдистов тех лет, средства на первый номер питерские рабочие и солдаты, балтийские матросы собирали буквально по копейкам. Лишь через две недели удалось найти типографию («Народ и Труд» в доме 42 на Гороховой улице), хозяева которой после долгих уговоров согласились печатать газету. Не было поначалу у газеты ни конторы, ни приёма подписки. Свежие номера буквально расхватывались «из-под машины» разносчиками и делегатами от заводов и воинских частей.
И это было понятно. В чёрные дни взявшей верх контрреволюции они видели, что ещё не всё потеряно, что вновь она с рабочим людом, их родная газета. И передовая статья первого номера «В чем наша сила?», написанная И.В. Сталиным, убеждала, что, вопреки всему, «партия борющегося за освобождение пролетариата» непобедима.
«Каждое наше поражение, — писал автор передовицы, — превращается в нашу победу, каждая победа наших противников — в их поражение.

Так было всегда. Так будет и теперь».

Отметим, что статьи Сталина (без подписи или с подписью К. Сталин) появлялись — нередко по две-три — во многих номерах «Рабочего и Солдата» и последующих «Пролетария», «Рабочего» и «Рабочего пути». В отсутствие Ленина, ушедшего в подполье, ЦК партии поручил Сталину и Свердлову политическое, «общепартийное» руководство газетой.
Да, Ильича не было в Питере. Партия, рабочие в разгар шабаша контрреволюции надежно укрыли своего вождя. Но практически каждый день тайно причаливала простенькая двухвесельная лодка к пустынному, поросшему густым кустарником берегу озера Разлив. Из лодки выходили люди, осторожно пробираясь к небольшой поляне, где возле стога сена приютился неприметный шалаш… Так осуществлялась связь Ленина с Центральным Комитетом, с главной газетой партии, на страницах которой уже в июле 1917-го вновь появляются ленинские статьи.
Об одной из таких поездок рассказал в своих воспоминаниях один из выдающихся деятелей партии Серго Орджоникидзе:
«Мы пошли к озеру, сели в лодку и, переправившись на другой берег, пошли по кустарнику… Вдруг мы остановились около сенокоса, где стоял небольшой стог сена.
В этот момент подходит ко мне человек, бритый, без бороды и усов. Подошел и поздоровался. Я ответил просто, сухо. Тогда он хлопает меня по плечу и говорит: «Что, т. Серго, не узнаёте?..»
— Власть можно взять теперь только путём вооруженного восстания, — объяснял в тот день своему соратнику В.И. Ленин. — Оно не заставит ждать себя долго. Восстание будет не позже сентября—октября…
«Всё это я слушал с напряженным вниманием, — вспоминает далее Орджоникидзе. — Впечатление было ошеломляющим. Нас только что расколотили, а он предсказывает через месяц-два победоносное восстание.
Когда я передал Ильичу слова одного товарища, что не позже августа—сентября власть перейдет к большевикам и что Председателем правительства будет Ленин, он совершенно серьёзно ответил: «Да, это так и будет».
Так оно и произошло 25 октября (7 ноября) 1917 года.

Под знамёна партии

А пока силы контрреволюции во главе с Временным правительством и при попустительстве, если не прямой поддержке, эсеро-меньшевистского большинства в Советах делали всё, чтобы окончательно расправиться с большевиками, уничтожить их прессу. Только 15 номеров продержалась «Правда» под названием «Рабочий и Солдат».
Четыре дня после запрета газеты потребовалось партии, чтобы она снова вышла в свет уже как «Пролетарий». Но и его удалось выпустить в свет лишь 10 номеров. Газету закрыли 24 августа (6 сентября н. ст.). Однако уже на следующий день, 25 августа, на питерских заводах и фабриках, в солдатских казармах и на кораблях Балтфлота люди читали «Правду» под именем «Рабочий»: 2 (15) сентября он тоже была запрещен, успели выпустить 12 номеров, и, что называется, на другой день вышел «Рабочий путь».
Но это легко сказать «сменили название». При очередном запрете газеты и разгроме типографии «спецназом» Керенского уничтожались не только техника и шрифты, но и конфисковались (или разворовывались) десятки тысяч рублей, собранных по копейкам и рублям рабочими и солдатами в «железный фонд» газеты. И газета обращается к читателям с призывом на первой странице: «Достаньте в одну неделю 100 тысяч рублей на нужды «Пролетария».
А ранее с таким же призывом она обращалась, чтобы восстановить типографию… А тут ещё и бешеная инфляция обесценивала рубли. И вновь несли уполномоченные от заводов и полков собранные деньги в «железный фонд», и вновь в редакцию шли денежные переводы из разных городов страны, из частей действующей армии. И вновь опустошалась для нужд газеты касса большевистского издательства «Прибой»… Всё — для борьбы, всё — во имя победы революционного пролетариата.
Посеянные семена давали всходы. Уже к исходу июля и в августе обстановка в стране начала резко меняться не в пользу контрреволюционных сил. Участившиеся поражения на фронтах, развал хозяйственной жизни, острый продовольственный кризис, голод, разорявшиеся без мужчин, брошенных в мясорубку войны, деревни — всё свидетельствовало о близящейся катастрофе. И в этих условиях смелое, правдивое слово большевистских газет, прорываясь сквозь все преграды в заводские цехи, казармы и окопы фронтовиков, вовлекало под знамена партии Ленина десятки и сотни тысяч новых сторонников и бойцов.
13 (26) августа «Пролетарий» публикует Манифест VI съезда РСДРП(б), только что состоявшегося полулегально в Петрограде. Съезда, провозгласившего курс на подготовку вооруженного восстания для взятия власти трудовым народом. И об этом ярко и вдохновенно звучали слова манифеста, обращенного «ко всем трудящимся, ко всем рабочим, солдатам и крестьянам России»:
«В эту схватку наша партия идет с развернутыми знаменами… Она впредь будет держать их высоко, борясь за социализм, за братство народов. Ибо она знает, что грядет новое движение и настает смертный час старого мира.
Готовьтесь же к новым битвам, наши боевые товарищи! Стойко, мужественно и спокойно, не поддаваясь на провокацию, копите силы, стройтесь в боевые колонны! Под знамя партии, пролетарии и солдаты! Под наше знамя, угнетённые деревни!»

Октябрьский штурм

Отныне каждый номер газеты становился боевым зарядом, рупором революционных масс в преддверии решающей схватки с силами старого мира. «Правда», меняя названия, бьёт в одну точку, активно участвует в кампаниях по выборам в Петроградский и местные Советы рабочих и солдатских депутатов, в Учредительное собрание, призывая голосовать за списки большевиков. В выступлениях газеты разоблачаются истинные цели созванного Временным правительством 12 августа в Москве Государственного совещания, под ширмой которого готовилась военная диктатура. И трудовая Москва откликается на заговор контрреволюции всеобщей политической забастовкой.
Грянул корниловский мятеж. Генерал Крымов ведет на Петроград 3-й конный корпус. Но навстречу ему по призыву партии, прозвучавшему со страниц «Рабочего пути» и других большевистских газет, поднимаются десятки тысяч рабочих и солдат Петрограда, отряды молодой красной гвардии.

Мятеж подавлен, генерал Крымов застрелился…

После разгрома корниловщины с большевиками уже не могли не считаться. Стремительно растет авторитет партии в массах, воинских частях и флотских экипажах. Она завоевывает большинство в Советах рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, и в повестку дня вновь встал лозунг «Вся власть — Советам!»
6 (19) сентября решением ЦК РСДРП(б) главным редактором «Рабочего пути» был утвержден И.В. Сталин. Близился час решающей битвы. Коррес-понденции, письма, телеграммы из разных городов России на страницах газеты всё чаще напоминали донесения и сводки с театра военных действий. Все усилия правительства Керенского переломить ситуацию, вывести из Петрограда полки революционных солдат, заменив их «надежными» частями, снятыми с фронта, неизменно проваливались.
В ночь на 25 октября Временное правительство предпринимает последнюю попытку овладеть обстановкой в столице. В числе первоочередных задач — уничтожение газеты «Рабочий путь» и других органов большевистской прессы. Отряд вооруженных юнкеров явился в рабочий клуб «Свободный разум» и потребовал выдать им редакцию «Рабочего пути». Но на выручку тут же прибывает отряд красной гвардии и арестовывает юнкеров. На защиту газеты Военно-революционный комитет, взявший на себя руководство восстанием, посылает солдат Литовского полка и 6-го саперного батальона.
25 октября (7 ноября) «Рабочий путь» выходит под боевыми лозунгами «Вся власть — Советам рабочих, солдат и крестьян!», «Мира! Хлеба! Земли!» Революция побеждает. И во главе отрядов рабочих, солдат и матросов, штурмующих последний оплот Временного правительства — Зимний дворец, мы видим организаторов и постоянных сотрудников «Правды» со дня её основания — К.С. Еремеева («дядя Костя»), Н.И. Подвойского…
26 октября (8 ноября) выходит в свет последний, 46-й номер «Рабочего пути». На его страницах — написанное В.И. Лениным обращение «К гражданам России», извещающее о победе Великой Октябрьской социалистической революции; материалы II Всероссийского съезда Советов; сообщения с мест о собраниях и митингах на заводах и в армейских частях, требующих передачи власти Советам.
А утром 9 ноября в революционный Петроград, в российские города и веси вновь вернулась газета с гордым, полюбившимся всем людям труда именем «Правда». (О преемственности газеты напоминал взятый в скобки подзаголовок — «Рабочий путь»). С того самого дня и доныне «Правда» ни при каких ситуациях не меняла названия, став главной газетой политической партии, ключевым словом — определением которой вскоре и навсегда стало слово «коммунистическая».
Но это уже другая эпоха в жизни «Правды», другая история, о которой пойдет речь в последующих юбилейных выпусках. Старый мир уходил в прошлое. Из поля зрения исчезла, будто её и не было, фигура претендовавшего на роль «властителя дум» Александра Керенского. Модный, довольно популярный адвокат, ударившийся в политику, возомнил себя этаким Наполеоном, за какие-то восемь месяцев успев побывать в креслах и министра, и премьера, и — на краткий миг — даже Верховного главнокомандующего. А в итоге бесславно бежал под натиском революционных масс, ничего не оставив в народной памяти. Кроме разве что обесцененных бумажных денег — «керенок».
Типичная судьба «халифов на час», примеры которой легко можно найти и в наиновейшей нашей истории.

Николай Кожанов, по страницам газеты «Правда» http://www.gazeta-pravda.ru. По материалам http://kprf.ru

 
Оставить комментарий

Опубликовал на 5 декабря, 2011 в Мой блог

 

Метки: , , , , , , ,

Где деньги с наших сберкнижек?


Куда, спрашиваю я, ушли наши сбережения? Мы в советское время зарабатывали достаточно, чтобы отложить на сберкнижку. С нее и начали Гайдар с компанией других грабителей. Прежде всего они лишили меня средств к существованию. Помню, как голодали в городах. Мы-то с огорода кормились, а ведь дачи не у всех, да и чтобы доехать туда, нужны деньги…
И ВОТ НЕСКОЛЬКО лет назад вижу по телевизору старушку: благодарит то ли Ельцина, то ли уже Путина за то, что отдали ее тысячу. Думаю, «демократы» в широкой улыбке растягивали сытые рты: мало кто уже помнит, чем отличается ельцинская тысяча от советской. В советское время на тысячу рублей я мог купить 71 пару чистокожаных туфель, тонну сахара-песка — уже даже по 87 копеек, 42 тонны угля с учетом стоимости перевозки (тогда это ничего не стоило — доставляло государство). Тонна угля стоила 14 рублей. Я мог бы купить 6250 буханок хлеба ржаного по 16 копеек, 330 килограммов сливочного масла по цене 3 рубля 10 копеек, 500 килограммов свинины по 2 рубля. И так далее.
А давайте посмотрим, чего стоит сейчас капиталистическая тысяча, не подкрепленная никаким производством, а только лишь продажей природных богатств, которые по справедливости должны принадлежать народу. Чтобы купить одну пару тех же кожаных туфель, надо затратить минимум 3 тысячи рублей. Можно купить 22 килограмма сахара, но хватит ли их для осенних заготовок? Одна тонна угля сегодня стоит около 3 тысяч рублей (без доставки). Можно на эту тысячу купить 63 буханки хлеба по 16 рублей, но уже по 600 граммов в буханке; можно приобрести аж 7 килограммов сливочного масла по 150 рублей за кг, но только не на молочной основе, а на растительных жирах, которые, как пишут, вызывают к жизни раковые клетки. На сегодняшнюю тысячу рублей можно купить уже не 500, а 5 килограммов свинины по цене 200 рублей за килограмм…
Купить-то можно, да не у каждого сегодня свободная тысяча найдется. В нынешнем году президент и правительство решили обрадовать своих россиян: советский рубль во вкладах увеличить втрое. Ах какое благодеяние! На 1 рубль в советское время я мог купить 6 буханок хлеба да еще 4 копейки получить сдачи и купить на них 4 коробки спичек. А сейчас на «втрое» увеличенный Путиным и Медведевым рубль вы и буханки хлеба не купите.
А всё почему? Да потому, что разрушено самое главное — фундамент любой экономики: промышленность и сельское хозяйство. Разрушены до основания. Всё! Больше нет у нас в Курской области ни одного коллективного хозяйства, ни одного завода, работающего на полную мощность.
В советское время наш Хомутовский район был крупнейшим в области. Здесь действовали передовые колхозы. В селе Ольховка находился свинокомплекс, а в селе Калиновка — его филиал. В посёлке Украинский был откормочник по выращиванию крупного рогатого скота. До 48 тысяч голов здесь выращивалось!
Кроме того, до 1991 года в районе работали две крупные строительные организации, автоколонна, насчитывавшая около 100 машин, а также имелись автобаза №19, сельхозтехника, транссельхозтехника, сельхозхимия, заготконтора, где изготавливали комбикорм, пенькозавод, крупный хлебозавод, две дорожно-строительные организации, два кирпичных завода, маслозавод и другие предприятия.
Район имел 82 средние, восьмилетние и начальные школы с 4 тысячами учащихся. Действовали три детских садика, Дом культуры, клуб ДСА. Также были клубы в каждом колхозе и детские сады — тоже в каждом!
Численность населения района составляла 48 тысяч человек, 189 населённых пунктов входили в ведомство Хомутовского района.
Но вот к власти пришли «демократы», и всё стало исчезать.
И количество населённых пунктов сильно уменьшилось, есть «мёртвые» деревни. Сколько? Чиновничий секрет. Во время выборов с «мёртвыми душами» идет переписка, их приглашают голосовать, а поскольку те не приходят, за них вбрасывают бюллетени в пользу «партии власти». Механизм отработанный!
Калиновский сельхозтехникум сейчас на грани закрытия. Число учащихся в школах намного сократилось, да и количество школ тоже заметно меньше.
Население с 48 тысяч человек сократилось до 11 тысяч.
Остальным просто некуда деваться. Ведь в Москву все выехать не могут, а здесь работать негде. На бывших колхозных полях выросли настоящие джунгли. Случается, что даже днем волки набрасываются на людей…
Но при всём при том есть разветвленная сеть чиновников районной администрации, получающих хорошую зарплату. Да еще какую хорошую!

По страницам газеты «Правда» http://www.gazeta-pravda.ru. Николай Левченко, пос. Хомутовка, Хомутовский район, Курская область. По материалам сайта http://kprf.ru

 
Оставить комментарий

Опубликовал на 5 декабря, 2011 в Мой блог

 

Метки: , , , , , ,

 
%d такие блоггеры, как: